Поджигатели.
Антон отставил в сторону, надоевшую ему за три дня лопату. Он вскопал половину сада. После происшествия на озере отец строго отчитал его. Забрав сына из полицейского участка, папаша, приехав домой орал так, что посуда в шкафу дрожала. В конце своей воспитательной речи он, обозвав сына бестолочью и дауном подошел к холодильнику и, достав бутылку виски налил себе в стакан приличную порцию. Прикладываясь к стакану, папаша уже спокойным голосом назначил Антону наказание, попутно рассуждаю о материальной стороне дела.
— Пойми. Мне не денег жалко. А то, что ты из-за своей тупости снова упустил из рук клад. Только подумать. Монета с изображением Хмельницкого. Да ей цены нет! Об этих монетах только слухи ходят, а в руках их никто не держал. Но если есть одна монета, то значит, есть ещё и другие!
— Пап, ну кто же знал, что там этот буксир окажется.
— Папа кто знал? Кто знал? — передразнил отец сына. — Нечего было втихаря свои схемы крутить. Поехали бы вместе и забрали. Отстегнул бы тебе на учебу в Гарварде. Да ещё прославились бы на всю страну. А так на ближайший месяц твои лучшие друзья - лопата и бидончик для ягод. Теперь твои дружки-археологи даже разговаривать с вами не захотят. И правильно сделают – «крыс» никто не любит.
Посчитав разговор оконченным, он махнул рукой и снова полез в холодильник за новой порцией спиртного. Правда, через день папаша сменил гнев на милость. К нему снова приехали деловые партнеры. На двух машинах они отправились на озеро. Антон был взят с собой в качестве шашлычника и официанта.
Когда очередной пикник закончился, Антон, вывалив угли из мангала, засыпал их песком. Оглянувшись вокруг, он увидел, что залить костер не из чего. Вся использованная посуда была уже собрана в пакеты. Не желая выслушивать от отца очередную порцию «комплиментов», мальчик не стал искать пластиковую бутылку, а разобрав мангал, засунул его в чехол и бросил в багажник автомобиля.
От воспоминаний Антона оторвали голоса возле ворот участка. Оглянувшись, мальчик увидел мелькающие возле калитки форменные фуражки полицейских.
— Богдан спалился с книгами, — пробормотал Антон и спрятался за кустом смородины.
Он увидел, как его отец подошел к полицейским и впустил их во двор. Мальчик приготовился к самому худшему.
***
Услышав звонок у ворот, отец Антона – Валерий Иванович Зарубин не спеша подошел к воротам. Увидев полицейских и пожарного инспектора, он открыл калитку и пропустил их во двор.
— Чем обязан господа?
Валерию Ивановичу после вчерашнего выезда на пикник, было, мягко говоря, нехорошо. От выпитого на берегу озера приличного количества спиртного, его мутило. Болела голова, и потела спина. Каждое утро, после таких мероприятий, он давал себе слово – завязать с выпивкой. Но поразмыслив, понимал, что совсем завязать не удастся. Поэтому тут же давал себе другое слово, до шести вечера не брать в рот ни капли спиртного. Вот и сейчас он пребывал в состоянии «ломки». Один внутренний голос уговаривал его оттянуться пивком, второй твердил, что до вечера ни-ни. Впустив во двор непрошенных гостей, он угрюмо уставился на них, периодически вытирая проступавший на лбу пот несвежим носовым платком.
Офицеры представились. Потом один из них раскрыл тонкую папку и просмотрев бумаги взглянул на Зарубина.
— Вам принадлежит автомобиль госномер…, — офицер сверился с листком и назвал номер машины.
— Да. Мне. А что случилось?
Валерий Иванович начал лихорадочно вспоминать подробности вчерашнего возвращения с пикника. Память отозвалась мелькавшими по сторонам смереками и светлой лентой грунтовой дороги.
— Судя по выложенным гражданкой Ольгой Зарубиной фотографиям в ее аккаунтах: на «Инстаграмм», в «Одноклассниках» и на «Фейсбук», вы вчера провели полдня на берегу озера.