Здесь и так все сверкало, никакого сравнения с прядильной фабрикой. Повсюду стояли надраенные до блеска алюминиевые баки, в одном из них плавали чищеные овощи. Перекусив хрустящей морковкой, мы принялись за дело.
Посреди варочного цеха стояла здоровенная плита с чугунной поверхностью, над ней высился металлический колпак с вентиляцией. Чтобы было удобнее, мы поставили ведро с краской на табурет и водрузили все это на плиту. Сами залезли на стремянки.
Все шло хорошо, мы отлично справлялись, пока я случайно не задела ножку табурета. Стоящее на нем ведро покачнулось и опрокинулось. Краска распласталась по плите как огромная ядовитая медуза.
Первую секунду мы в оцепенении смотрели на белую тягучую массу, а потом кинулись черпать ее ладонями, чтобы затолкать обратно в ведро. Через полчаса пришлось признать, что мы обречены. Как назло, плита торчала в центре кухни и на ее черной поверхности резко выделялось чудовищное бельмо. Мы представили, какая будет боль в глазах заведующей в понедельник утром, и решили бежать через окно. Дворника звать не стали, форточка оказалась подходящего размера.
– Представляешь, – сказала сестра, когда мы перелезли через забор и территория садика вместе со всем ужасом, который произошел, остались позади, – что скажут поварихи, когда придут с утра варить кашу? Я не смогу забыть этот позор никогда.
Знаешь, не ты одна, Ника.
Фабрика «Октябрьская»
Начало развития текстильной промышленности России произошло в царствование Николая I. В связи с огромным дефицитом госбюджета была введена жесткая таможенная политика, иностранные товары допускались на рынок с очень высокими пошлинами, чтобы они не могли подрывать русское производство, а ввоз такой продукции, как хлопковые ткани, вовсе оказался под запретом.
С 1830 по 1860 год в Санкт-Петербурге и Москве были построены крупнейшие прядильные фабрики, позже ставшие флагманами советской текстильной промышленности.
В 1836 году была основана Сампсониевская мануфактура. Она занимала целый квартал между Большой Невкой и Большим Сампсониевским проспектом, ограниченный улицами Фокина и Гренадерской.
Основателями Товарищества стали друзья Иван Сергеевич Мальцев, представитель прославленной промышленной династии, владевший стеклянными и хрустальными заводами, и Сергей Александрович Соболевский, поэт, друг А. С. Пушкина, вложивший в это дело весь свой капитал.
Соболевский изучал за границей работу ткацких станков, собирал образцы пряжи, посылал чертежи и оборудование в Россию. По делам Сампсониевской мануфактуры он находился в Париже, когда в феврале 1837 года получил от Мальцева письмо с известием о смерти Пушкина. Многие современники считали, что только влияние Соболевского могло бы удержать поэта от рокового шага.
В 1838 году фабрика заработала на полную мощность и начала приносить доход, продукция пользовалась большим спросом. Мальцев и Соболевский даже проживали здесь, устроившись на фабрике со всеми возможными удобствами и принимая на Выборгской стороне петербургских приятелей.
После страшного пожара в 1851-м, буквально превратившего в дым большие деньги, компаньоны продали фабрику. Несмотря на сильные повреждения, предприятие было восстановлено, еще несколько десятилетий продолжало работу и в 1919 году было национализировано.
В советские годы прядильно-ткацкая фабрика «Октябрьская» оставалась флагманом текстильной промышленности, после 1993 года переименована в АООТ «Петербургский текстиль» и вскоре перестала существовать. Оборудование было продано в Пакистан, Египет, Индию, а площади сданы в аренду.
Сейчас в зданиях старейшей на Выборгской стороне ткацкой мануфактуры расположены деловой и торгово-строительный центры.
Мы с сестрой проходили на фабрике школьную практику в 1984 году. По моим наблюдениям, современный торговый центр имеет низкий рейтинг и не пользуется популярностью у горожан. Я здесь бываю редко, и когда случается, вспоминаю почти забытые названия – поплин, маркизет и батист…
21
Первый раз я вышла замуж по расчету: два месяца поживем и потом разведемся. К моменту бракосочетания я уже точно знала, что нам не по пути. Отменить свадьбу было бы слишком смелым шагом, я струсила и пошла на сделку.
С Колей мы познакомились в круизе. В июне восемьдесят пятого я стала свободным человеком – закончила школу и бросила спорт. Надо было что-то делать, и мама решила, что лучшей сменой пейзажа будет трехнедельный речной круиз по Волге – из Ленинграда до Астрахани и обратно.