- Хорошо, - не очень уверенно согласилась Катя. - Каждое тело, погруженное в воду, теряет в весе столько, сколько весит вытесненная им вода. Хорошо... Бензин весит меньше воды, значит, у него как бы отрицательный вес получается, так?
- Во! - подхватил Игорь. - Отрицательный вес и называют плавучестью. Зато у кабины - положительный вес, недостаток плавучести, значит. Вместе с поплавком получается так на так. Не всплывает и не тонет батискаф. Плавает на той глубине, на которой нужно.
Катя некоторое время обдумывала эти сведения. Так лучше запоминается и лучше понимается. Как после сытного обеда - лучше всего посидеть неподвижно, пока еда не уляжется.
Раздумывая, она замурлыкала свою любимую песенку про кораблик, который сначала сам себя, говорят, построил и снарядил, а потом делал выводы сам и всё на мачты мотал. Как на усы!
Но песенка мешала думать.
Катя стала смотреть в воду. Через пять дней Первомай, а вода уже совсем летняя - тучки мальков под камнями, и водорослей много. Вот вам и студеный Урал! Правда, эта весна самая ранняя за последние семьдесят дет. Так писала газета "Уральский рабочий".
Речка тоже мешала думать.
Пришлось оглянуться на высокий берег. Волейбол в институте уже кончился. Солнце больше не сверкало на стеклах нового корпуса. Левее забора на плоском камне возлежал Митя. Он задремал, по-видимому, опустив буйну головушку на свой изодранный портфель. Прямо под ним, у самой линии тихой воды, суетился мышонок Панька. Что-то он выискивал на берегу, среди мусора.
Игорь сказал:
- Почто молчишь?
- Сейчас, - лениво ответила Катя и поскакала на берег.
Панька выискивал в мусоре мелких белых личинок и пожирал их, блестя красными глазками.
- Своих жрешь, белых! - сказала ему девочка. - Пошли со мной.
Мышонку пришлось подчиниться. Они вдвоем вернулись на Полудыньку, чтобы слушать лекцию. Впрочем, Панька был в хозяина - он заснул почти сразу в Катиной ладони. Что он понимает в законе Архимеда?
- Ну, Игорек, мы слушаем дальше... Нет, погоди! - спохватилась Катя. - А как этот батискаф заставляют погружаться и всплывать, если он сам не тонет и не всплывает?
Игорь кивнул и принялся за четвертый рисунок. Вот он:
Рис. 4.
Квадратик трудился над ним порядочное время - примерялся, как лучше нарисовать "гандолу". Катя поправила его. И он перечеркнул, как видите, "а" и надписал сверху "о". Нарисовав, он вздохнул и посмотрел на ученицу со смущением.
- Отличный рисунок, по-моему, - сказала ученица.
Спящий Панька своего мнения не высказывал.
- Отличный так отличный! - согласился Игорь. - Посмотрела бы, как отец чертит! У него человечки будто живые получаются, а у меня - будто корешки кривые. Научусь еще.
- Конечно, научишься!.. Только "балласт" пишется с двумя "л".
Квадратик вставил второе "л". Теперь было все в порядке.
- Смотри, Катерина, то есть, Катя. Поплавок большой. У батискафа поплавок забирает сто кубометров бензина, даже больше. Так что он держит на плаву гондолу с двумя людьми, оборудование разное и еще два бункера с грузом. По-морскому - с балластом.
- Что такое бункер?
- Эх... это бочка такая, а внизу - дыра с заслонкой. Закрытая заслонкой. Чтобы из бочки можно было высыпать балласт, когда понадобится. Для балласта дробь насыпают, стальную.
- А зачем это может понадобиться?
- А не лезь попэрэк батьки в пэкло! - сказал Квадратик, бездарно имитируя ее украинский акцент.
Катя только усмехнулась - Квадратик дразнился ни капельки не обидно. Чудной парень, окалка! Знал бы, как он смешно говорит...
- Поплавок, говорю, большой. Пока он весь наполнен бензином, батискаф плавает на поверхности. Как лодка. Чтобы он стал погружаться, из одного отсека выпускают бензин. Через клапан - видишь? Туда входит морская вода, и батискаф погружается.
- Совсем?
- Понятно, совсем. Пока до дна не утонет.
- А люди как же?
- Люди? Они в кабине сидят. В гондоле. А сама гондола круглая, как бомба. Шар лучше всего давление выдерживает. Люди сидят внутри и смотрят наружу через иллюминаторы. Научные наблюдения наблюда-ат. Потом открывают заслонки на бункерах с балластом, дробь высыпается, и батискаф всплыва-ат.
Заметьте! Катя и тут удержалась, не передразнила Квадратика в отместку. Такое благородство было исключительным явлением, как сказала бы мама. Но Игорь тоже был исключительным явлением.
- А если дробь застрянет? - спросила Катя. - Тогда люди на дне... бр-р-р! Подумать ужасно, согласись!
Игорь важно оттопырил губы и произнес явно не свою фразу:
- Изобретатель батискафа Огюст Пиккар был Великим Инженером! Он предусмотрел всё! Первое дело - бункеров две штуки. Застрянет в одном дробь - из второго высыплется. Другое дело - можно бункера и вовсе сбросить. Поняла? Всю бочку можно выбросить. Всплыве-ет!
И Катя, увлеченная, подхватила:
- Всплывет!
Лекция о батискафе была почти закончена. Игорь еще рассказал про окна-иллюминаторы в гондоле и про маленький электромоторчик с винтом батискаф может немного поплавать над дном. И тогда наконец Катя вспомнила про "Леонардо да Винчи". Как будто она все время пряталась от мысли о затонувшем корабле и о предупреждении трех моряков. И лишь сейчас вспомнила.
- Игорек, Игорек! Постой... Зачем батискаф будет погружаться к "Леонардо да Винчи"? Посмотреть хотят?
- Навряд ли, Катерина. Батискаф "Бретань" оборудован механическими руками. Может, поднять хотят корабль - не знаю. Хотя... корабль-то огромнейший, не поднять его с такой глуботы.
- Большая там глубина?
- Не знаю. Поскольку батискаф привлекли, должна быть большая.
- Игорек, наверное, сейчас они уже опускаются на дно! Безобразие. Почему по английскому телевидению показывают, а по нашему нет?
Квадратик посмотрел на Катю и про себя повторил: "по английскому телевидению..." Вдруг он ощутил, что румяная Катя с ее косичками, кружевным воротничком и круглыми зелеными глазами б ы л а с а м а над утонувшим кораблем... Чудеса техники, это вам не фунт изюму...
Помолчав, он промолвил:
- Почто сидеть-то? Подводную лодку рисовать будем.
Право же, у Квадратика была поразительная память! Он нарисовал "из головы" схему атомной подводной лодки и ничего не забыл. Только на правописание у него была плохая память, зато Катя могла ему подсказать, как написать "перископ".