– Я не знаю.– мой голос сел, потому что я и вправду не знала чем мог закончится этот вечер и это пугало меня до чертиков.
Дверь за нашими спинами распахнулась и в нее переговариваясь прошли двое, женщина и мужчина. Оба они были ярко одеты и накрашены так, как будто в этих стенах вот-вот должен был проходить показ Александра Маккуина¹³. Что ж, эпатаж в конце дней, всякое бывает.
Парочка недовольно уставилась на нас, в частности на Мию и я поняла что мне не следует задерживать её разговорами, иначе нам обеим может не поздоровиться.
Приобняв девушку на прощанье я отпустила её и она поспешила к двери, напоследок бросая на меня полный печали взгляд.
Следующие три часа проходили как в тумане, пока меня красили и приводили волосы в порядок. Их мне подстригли, но не сильно, тем самым ужасно расстроив меня. Доберись я до ножниц, обкромсала бы волосы до плеч, но решать как выглядеть мне не давали.
Все тело ныло от того, что приходилось часами сидеть неподвижно, пока они меняли образ за образом, пока не остановились на том, что показалось им наилучшим вариантом. Наконец-то поднявшись на ноги я с ужасом уставилась на свое отражение, они превратили меня в куклу. Куклу, одетую в мешковатую хлопковую форму серого цвета. Волосы закрученные в мягкие, блестящие локоны лежали по плечам и спине, давно я не видела их такими вычесанными и здоровыми. На лбу и вокруг головы красовалось нечто тонкое, завитое и сверкающее, напоминающее узкую тиару. Все мое лицо как будто светилось, а затем я поняла что они щедро покрыли кожу слоем чего-то блестящего. Я протянула руку и хотела мазнуть по щеке, чтобы понять что это такое, но женщина с темными накладными опахалами вместо ресниц, раздраженно ударила меня по руке.
– Не порть всё, мы что зря так старались?!
Я закатила глаза. Эта женщина успела превзойти Мариам за последние часы, и теперь стояла в списке тех, кого я просто не могла на дух переносить под номером один.
Еще раз бросив взгляд в зеркало, поняла что не могу поднять нормально веки, они слишком отяжелели под натиском наклеенных поверх моих, искусственных ресниц. Лиловые тени переходили в дымчатые к внешним уголкам глаз, и почему-то на их фоне мои серо-зеленые глаза стали ярче. Губы выглядели объемнее и бархатистей, хотя только сегодня я смотрела на них в зеркало и ругала себя за то, что так их искусала. Такое ощущение, что я готовилась к выпускному собираясь стать королевой бала. Единственное, чего во всем этом не хватало, это победной широкой улыбки.
Перед тем как вернулись стилисты и принялись перебирать платья, в поисках того самого, ко мне снова явилась Мариам, со страстным желанием провести лекцию о манерах, скромности и податливости, которые я должна буду продемонстрировать. Я молчала, не перебивая и не возмущаясь, потому что даже не слушала ее. Меня всю поглотил страх, волоски встали дыбом, я не могла сохранять спокойствие, поэтому то и дело ерзала, перекидывала ногу ногу, хрустела пальцами и постоянно оборачивалась по сторонам. Мои мысли были хаотичны, и я не могла сконцентрироваться ни на чем больше чем на тридцать секунд.
Когда лекция была окончена и меня передали в руки стилистов я больше не могла сдерживаться и тряслась во всю, раскачиваясь и прерывисто дыша. Кажется кто-то из них позвал на помощь, потому что я просто-напросто не отвечала. Мой рот как будто заклинил и я не могла разжать челюсти, чтобы выдавить хоть звук.
Помещение освободилось и я не заметила как высокая женщина оказалась прямо передо мной. Я сконцентрировала на ней все внимание и тут же узнала, доктор Джекки, она же проводила нечто наподобие психоанализа когда я только попала в третий блок. Понемногу мне стало легче, я доверяла ей, она знала об Адаме и Кее, что они говорили со мной и что сопротивление на базе, но не сдала нас, она была с нами заодно.
– Рианнон, здравствуй- как и всегда Жаклин говорила мягким, успокаивающим голосом- все в порядке?
Женщина смотрела на меня так, как будто ее и впрямь волновало все ли со мной в порядке, и я отрицательно покачала головой. Она погладила меня по плечу и взяла мои руки в свои, поглаживая мои костяшки большими пальцами. То как она смотрела, как мать, успокаивающая своего ребенка, что-то открыло внутри меня и я всхлипнула один раз, потом другой, а затем слезы уже градом лились по лицу, портя часы труда неприятной женщины-визажиста.
Наплакавшись я успокоилась и даже обрадовалась, увидев как распсиховалась визажистка, поняв что ей придется переделывать всю работу с самого начала. Доктор Джекки, обернувшись на прощанье подмигнула мне и тоже слегка усмехнулась, глядя как брюнетка в ярости перебирает косметику в поисках той, что наносила на меня часами ранее.