- Вы и так уже слишком много для меня сделали. - то, каким тоном были произнесены эти слова, говорило о том, что Джулиан был совершенно искренен.
Пока я раздумывала над вопросом, что задумало это ходячее несчастье, Аврора скрылась за дверью, оставив нас с мирянином снова наедине. Джулиан всё еще стоял, но плечи его уже не были так напряжены, а на губах расцвела извечная ухмылка. Я устроилась на краюшке стола, а парню указала на стул около себя, кой он незамедлительно занял, но продолжал хранить молчание.
- Ну, так и что же такое жизненно необходимое ты хотел у меня выведать?
- Скоро ведь бал Посвящения... - потирая ладони друг о друга, начал Кертис.
- Да.
- Так вот что я хотел у тебя спросить...
"Неужели всех девушек разобрали, и наш чаттанугский Ален Делон снизошел до меня?"
- Я тут сообразил, что почти ничего не знаю о Гражданской войне и хотел бы, чтобы ты меня малость просветила перед торжеством. - тут он закусил губу, а я еле нашла в себе силы, дабы сдержать разочарованный вздох.
- Ты серьезно сейчас?
- Вполне.
- А ты не мог просто попросить кого-нибудь из Вениверса "просветить" тебя? На кой черт надо беспокоить меня из-за подобных глупостей?! - я и сама не заметила, как распылилась, но Джулиан уж точно этого не упустил.
- Хорошо, тогда спрошу у Дианы. - проворковал тот и сию же минуту поднялся со стула, как подорванный.
- Так бы сразу. - с излишним энтузиазмом ответила я, провожая этого самовлюбленного засранца взглядом. Он уже надавил на ручки двери, что соединяла мою комнату и коридор, как я не сдержалась и позвала его: - Джулиан.
- Да?
- Раз уж ты всё равно пришёл, думаю, я смогу уделить тебе пару минут.
- Так бы сразу. - передразнил он меня и через пару секунд облокотился на спинку кресла, предусмотрительно подкатив его ближе ко мне.
"Я точно с ним с ума сойду..."
После десятков столетий цивилизации и развития технологий Шармеры научились общаться с друг с другом на расстоянии даже без помощи каффов. Начиная с семнадцатого века, они стали объединяться в огромные группы, чтобы делиться знаниями и собирать по крохотным кусочкам историю самого загадочного рода магов. Так в дальнейшем появились целые поселения и деревни, которые было почти невозможно отличить от мирских.
За несколько веков из группы отшельников Шармеры превратились в могущественную "касту" на Земле. Так как им приходилось жить наравне с обыкновенными смертными, то и вечно скрывать свои силы они не могли, и как бы там ни было, но пришло время и даже до самых высокопоставленных из Мирян дошли слухи о "чудотворцах", которые могли делать всё - абсолютно всё - и даже лечить смертельные болезни. Шармеры могли решать судьбу целых стран и континентов, не говоря уже об отдельных Мирянах. Хоть никто и не говорил "в открытую", но каждый знал, что есть некто, чья сила в сотни раз превосходит власть и мощь всех мирских богачей, ученных и даже правителей вместе взятых. Все это продолжалось до начала двадцатого века - точной даты никто не знает. Ну, по крайней мере, никто из Субтерры с кем мне довелось поговорить на этот счёт.
Шармеры считали безжалостным и ужасным то, как Миряне расправлялись друг с другом, устраивая кровопролитные войны и революции, но настал момент, когда они сами стали безжалостными и ужасными по отношению к друг другу. Никто до сих пор - ни Амизи, ни Тенеры - не знают, что стало этому причинной, но в один момент почти у половины существующих Шармеров просто пропали их силы, словно кто-то нажал "выкл" на пульте. Неважно, кто это был ребёнок-маг или взрослый, кем он был по национальности и где жил, силы пропадали по щелчку пальца и без какой-либо системы. В тот день сотни, тысячи магов по всему миру остались не только без своей магии, но и без сердца, точнее оно перестало биться. Несмотря на своё могущество, Шармеры остались верны древним традициям и поверьям, и поэтому сочли всё произошедшее, как очень плохое знамение. Они считали, что те, у кого пропала их магия, чем-то разгневали кого-то свыше, ведь эти несчастные стали чужими, как и среди Шармеров, так и среди Мирян, а их небьющиеся сердца вообще ставили их вровень с ходячими мертвецами.