"Но если Николас прав, то..."
- Это на самом деле твоё хобби. - ничего больше не сказав, я двинулся вперед, преодолевая последние крохи до Реджио Скор.
Николас не соврал, когда сказал, что Субтерра вовсе не настолько огромная, как кажется на первый взгляд, ведь дошли мы гораздо быстрее, чем я планировал. Если в подворотне до нас доносились лишь отголоски Реджио Скор, то в данную минуту всеобщий балаган почти заглушал мысли в моей голове. Я приподнял свой взгляд на горизонт, для того чтобы рассмотреть огромный, - нет гигантский, - рынок, как будто бы из ожившей арабской сказки. Лавочки тянулись, кажется до конца земли, и торговали в них всем, чем только душа пожелает, от специй, - что даже на приличном расстоянии заставляли чихнуть, - до острозаточенных кинжалов и другого оружия, что слепило своим блеском и поражало разнообразием.
"Ну, вот зачем миру столько оружия? Лучше бы продали его и купили бы каждому ребенку по воздушному шарику"
- Пришли. - уже более приветливо отозвался Николас, когда мы окончательно скрылись от продовольственных рядов, где торговали и сырыми овощами, и готовыми блюдами, и очутились среди немыслимого разнообразия тканей, лент, разномастных бус и прочего модного ширпотреба.
- Куда? - спросил я, проследив за взглядом Николаса, но, не заметив ничего столь же "оптимистичного", кроме полуразрушенного фургона-палатки, облепленного аляпистыми тряпками.
- Это лавка лучшего портного Субтерры - Мадмуазель Каучук. - пролепетал парень, и из всего, что он сказал, я понял только "портной", что невероятно меня утешило.
- Не "Каучук", а "Каужьук". - донеся с другого конца палатки ворчливый голос, акцент которого напоминал старофранцузский.
- Доброго дня, моя дорогая Мадмуазель Каучук. - Николас даже не постарался исправить своё произношение. - Простите за вторжение, но нам срочно нужен костюм на сегодняшний вечер.
- У тебя точно есть, сын Гибертов. - снова этот зловещий голос из неоткуда. - Я лично снимала с тебя мерки.
Стоило ей договорить, как портная вышла на свет и предстала перед нами. Женщина была одета в старомодное кимоно цвета шафрана, что скрывало всю её от подбородка до пят, а на руках у неё были ярко-желтые перчатки с причудливым узором из черных линий. На вид ей было далеко за шестьдесят, она была до жути худощавая и, казалось, что сильное дуновение ветра может снести старушку с ног. Её лицо на удивление сохранило девичью гладкость, но всю красоту портил тонкий серебряный шрам, что проходил через всё лицо от правого веска до нижней губы. Мадмуазель Каучук с таким же любопытством рассматривала меня, но, видимо, я показался ей не таким интересным, как она мне, ведь портная через мгновение поджала губы и вновь обратила всё своё внимание на Николаса.
- Не для меня. - просто ответил Ник и указательно махнул рукой в мою сторону. - Для него.
- Мирянин, заточенный в подземном городе, пойдет на бал Амизи, посвященный войне между Шармерами... - с заговорческой улыбкой медленно проговорила женщина и её правая "поврежденная" бровь, выгнулась вопросительной дугой. - Это что-то новенькое... - продолжила она и, усмехнувшись, поманила меня к себе длинным пальцем. - Пойди-ка ко мне, Мирянин. Ну же, я не кусаюсь. - поторопила она меня.
- Я предпочитаю, когда меня называют Джулианом. - не к кому конкретно не обращаясь, произнёс я, но всё же сделал пару шагов к портной. Её замыленные глаза оценивающе оглядели меня со всех сторон, а затем нахмурились, что снова подняло во мне новую волну нервозности.
- Малышка Теа говорила, что ты "не урод", но по мне, так она слишком строга. - заправив за ухо платиновый локон, проговорила Мадмуазель Каучук, и её слова вызвали у меня ответную улыбку, а волнение немного поутихло. - Ну что пойдем со мной, красавчик. Попробуем подобрать тебе что-нибудь из того, что есть, ведь даже Мадмуазель Каужьук, не сможет и пару носков связать за столь короткий срок.
***
Тереза
- Какая же ты красавица, Теа. - на выдохе прошептала Аврора, которая сидела на краю моей не заправленной кровати.
Сегодня приемная мать была ещё более милая, чем обычно, а это в свою очередь наводило на мысль о том, что она о чём-то переживает. Готова поспорить на свой альбом, что это связанно со мной. Но, судя по её поведению, Аврора не хотела, чтобы я догадалась о её волнении, ну а я сегодня решила ей подыграть и не подавать вида, что её душевное состояние также заставляет волноваться и меня.