Сейчас, когда оркестр переманил всё внимание на себя, Джулиана оставили в покое, и тот о чём-то тихо переговаривался с Ником, но я не вслушивалась и не вмешивалась, а просто наблюдала за происходящим, наслаждаясь столь редким покоем.
- О, Маркус милый, это же котильон!
- О нет, Аврора, это же котильон!
В центр зала уже менее хаотично выходили пары и начинали парить по полу, кружась в такт размеренной музыке. По большей части эти пары были "в возрасте", ведь молодое поколение выбирало либо боевые искусства, либо искусство слова, и лишь единицы посвящали себя танцам, да и вообще знали, что такое "котильон".
- Маркус Эрик Оуэн, я хочу танцевать . - отчеканила Аврора, вздернув подбородок и бросив уничтожающий взгляд на своего мужа.
- Ты серьезно? - жалобно обратился к ней Маркус.
- Я когда-нибудь шучу на столь важные темы?!
- Маркус, она всё равно затащит тебя танцевать, так что лучше сделает это сейчас, не дожидаясь вальса. - прижав ладонь к губам, прошептала я, рядом стоящему Маркусу.
- Будто бы у меня есть выбор. Твоя мама просто невыносимая...- начал было он, но тут же был поражен искрометным взглядом зелёных глаз Авроры. - Невыносимо прекрасная женщина. - выкрутился Маркус, растягивая слова так, словно у него было медленное зажигание. - Потанцуем?
- Так то лучше. - прощебетала Аврора, проходя мимо него и посмотрев на меня, весьма громко прошептала. - Учись, пока я жива.
- Боюсь, я не так сильно люблю котильоны, как ты. - еле сдерживая смех, ответила я, но вряд ли Аврора меня услышала.
Я снова посмотрела на Джулиана и Ника, но тут же заметила, что последний уже умудрился куда-то подеваться, оставив меня с мирянином наедине. Впервые я не знала, что сказать, да и стоило ли вообще что-то говорить. Кертис тоже молчал, точнее, делал вид, что невероятно заинтересован происходящим, поэтому даже и не смотрел в мою сторону.
"Раз уж он решил играть в молчанку, я тоже не скажу ни слова!"
- Что происходит, Джулиан?
"Это не я, это моё любопытство..."
- А они у тебя забавные. - заключил Джулиан, не отрывая пристального взгляда от танцующих.
- Джулиан. - чуть более громко, чем планировала, произнесла я, отчего некоторые присутствующие с интересом оглянулись в нашу сторону.
Я не обратила на это должного внимания и прикоснулась своей ладонью к щеке Джулиана, дабы заставить его, наконец, посмотреть на меня. Это подействовало сразу, но увидев испуганные серые глаза своего спутника, я тут же прекратила прикосновение, оставив свою правую руку прижатой к, нервно опадающей груди. Кертис немигающее смотрел на меня, и если я ожидала увидеть в его взгляде безразличие или раздражение, то меня ожидало разочарование, ведь я увидела настолько похожую спесь чувств на свою, что даже замерла на мгновение.
- Ты ведешь себя странно. - снова обретя дар речи, тихо констатировала я, надеясь получить хоть малейшее объяснение.
- Джулиан! - позади меня послышался голос Дианы, и Кертис тут же разорвал наш зрительный контакт, а я попыталась взять себя в руки и с улыбкой обернулась к подошедшей девушке.
Она, как и многие, решила обыграть в своём наряде классическую униформу баллаторов и новомодный шик, и могу с уверенностью заявить, что получилось у неё отменно. Полупрозрачный комбинезон, украшенный вереницей черных страз, которые создавали причудливый вьющийся орнамент на талии был обхвачен длинным подолом, который развивался позади неё, словно был сделан из самой легкой ткани цвета вороньего крыла.
- Привет, Диана. - со сдержанной улыбкой произнесла я, стараясь выглядеть не такой жалкой, как я сама себя сейчас представляла.
- О, Тереза, - сложив ладони в подобии мольбы, обратилась она ко мне и по-детски надула губки, - ты не будешь против, если я украду у тебя Джулиана на один танец?
- Диана, не думаю, что это будет правильно, ведя я... - я не дала Джулиану закончить мысль, перебив его на полуслове:
- Я совершенно не против, Диана. - искренность своих слов я подтвердила широкой улыбкой. - Веселитесь.
- Тереза Оуэн, ты просто ангел. - не теряя времени, она уже схватила Кертиса под локоть, а тот лишь с недоумением смотрел то на меня, то на Диану. - И этот костюм тебе безумно идёт.