"И надеюсь, что так всё и останется..."
- Тереза, ты меня вообще слышишь?
- Конечно, Ник. - мило улыбнувшись, соврала я, прекрасно осознавая тот факт, что Николас Гиберт знал меня как облупленную, а потому видел любой мой обман.
- Да что ты! - насмешливо воскликнул он. - Тогда повтори то, о чём я только что тебе говорил.
- Ты сказал, что я прекрасная девушка и такой же прекрасный боец.
"Какую актрису потерял Голливуд!"
- Ты слишком рассеянна и не сосредоточена в последнее время. - подойдя как можно ближе ко мне, заявил Николас, и я чуть было не сделала шаг назад, но вовремя себя одернула. - Это из-за Джулиана? - совсем тихо спросил он, и я сразу почувствовала желчь, подступившую к горлу.
Поиски Джулиана, которые не прекратились и по сей день, так и не принесли никакого результата. Он словно испарился, хотя по логике вещей Кертис не мог покинуть Субтерру. По крайней мере, самостоятельно... Но кто мог помочь ему сбежать, если из друзей Джулиан о планах Рульферета знали только я и Ник?
Ни на один из тысячи вопросов, что касались Джулиана и кружились в моих мыслях день и ночь, я так и не смогла найти ответов. Моё перевоплощение в Тенера заняло все мои мысли в последние дни, и это даже неплохо, ведь я, - к своему стыду, - практически не думала о Джулиане хотя бы в течение дня, заботясь только о том, чтобы никто не раскрыл меня. Но стоит мне закрыть глаза, как картинки из недавнего кошмара во всех красках всплывают в моей голове...
Каким бы странным не был этот сон, всё происходящее в нём показалось мне таким реальным, словно это не образы, нарисованные моим подсознанием, а воспоминания. Но если подумать, то ничего из этого не могло быть правдой, ведь в Субтерре никогда не светит солнце, а Джулиан никогда не сможет побывать на праздновании Мартиного дня, ведь с недавних пор в Субтерру для него путь заказан, а значит, никто никого не ранит, и никто не умрёт.
"Авось, так и будет"
- Это здесь совершенно не причём. - отчеканила я, возвращаясь к вопросу Ника.
- Теа, я вижу, что тебя что-то тревожит. Ты можешь доверить мне что угодно. - также тихо проговорил он и вымученно улыбнулся. Как бы Николас ни хотел скрыть это, но я заметила его усталость, которая выражалась в почти полном отсутствии мимики, поэтому эта крохотная улыбка, что сейчас озарила его бледное лицо, чуть ли не разбила мне сердце, а следующие слова тем более: - Ты можешь ничего не говорить мне, но помни, что бы ни случилось, у тебя есть я. Всегда. Что бы ни случилось. - повторил друг, словно настаивая открыться ему. Но я не могу.
- Всё хорошо. Просто слишком много всего навалилось, но я в порядке. - сглотнув ком, что почти перекрыл мне доступ к кислороду, сказала я, на что Ник лишь тяжело вздохнул, но, Слава Марте, ничего не сказал.
Сделав шаг назад, Ник обратился уже ко всем присутствующим, которые стояли группками по небольшому, - по меркам Вениверса, - тренажерному залу и отрабатывали различные боевые приёмы:
- Время полдень. Собирайте манатки и живо в северный корпус. Через полчаса у вас лекция с профессором Спайком.
Стоило ему договорить, как следом по помещению пронеслось многоголосое недовольство, выражаемое в весьма красноречивых выражениях, особенно в сторону темы сегодняшней лекции, о которой нас предупредили ещё два дня назад.
- Что может быть лучше, чем тратить два часа жизни, слушая, как эти сказочные ублюдки возомнили себя богами и перерезали сотни невинных людей!
- Скоты трусливые!
И это ещё самое приличное из того, что слышалось из каждого уголка зала. Николас, разумеется, не обратил на это никого внимания и ничего не говорил ни за, ни против. Хотя, то как напряглись его челюсти, и то как глубоко парень вздохнул, отчётливо говорило о том, что эти страницы истории Шармеров его тоже не радуют, и к Тенерам Ник относится ничуть не лучше, чем остальные.
- Тереза, ты разве не с нами? - обратилась ко мне Лайлина, переплетая распушившийся пучок, в который она убрала свои белесые локоны на время тренировки.
- Скажи, что мне стало плохо, и я приду с опозданием. Ну, или вообще не приду. - состроив умоляющую мордашку, попросила я. Лайлина ухмыльнулась, как и всегда в подобных случаях, и лишь кивнула в знак согласия.