Они приехали на приём, который устроили его родители. И если мистер и миссис Шистад прекрасно приняли её и только рады были знакомству, то остальные члены его семьи, а именно ближайшие родственницы и их родители, совсем не хотели узнавать девушку. Они упорно твердили сквозь зубы друг другу весь вечер о том, что Мун лишь позарилась на наследство Криса, но никак ни на него самого.
Она сама услышала всё от первых лиц, когда случайно оказалась рядом во время беседы кузины парня и её подружки. Казалось, будто они совсем не стыдятся своих слов, потому что говорили они достаточно громко и чётко, поэтому их без труда мог послушать любой. Это оказалось последней каплей терпения Эвы, поэтому она поспешил скрыться на балконе, откуда выходил прекрасный вид на дивный сад миссис Шистад.
Оказавшись наедине с самой собой, Мун с трудом сдерживала свои эмоции, которые так и просились наружу. Хотелось расплакаться из-за такой чертовски огромной несправедливости к ней.
— Не говори глупостей, — нахмурился Кристофер, мягко разворачивая девушку к себе лицом, — мои родители прекрасно приняли тебя.
— Вот остальные только и делают, что промывают мне кости и гадают, как долго я к тебе подбиралась, чтобы выйти замуж, а потом отхватить половину твоего наследства, — раздражённо продолжила Эва, думая о том, что пора упокоиться, потому что ссориться с Крисом — последнее, чего она бы хотела.
Шистад молча стоял рядом с ней, поглаживая пальцами по спине, пока Мун тяжело вздыхала, дабы вернуть дыхание в норму. Он ведь прекрасно понимал, о чём она говорит. Просто он надеялся, что такая вещь, как мнение его глупых родственниц, — для неё — пустой звук. Но ошибся.
— Но ведь я рядом с тобой, — тихо ответил Крис после недолгой паузы, — и мне совершенно наплевать на то, кто и что говорит. Моё мнение о тебе и мои чувства всё равно неизменны.
Эва улыбнулась, поцеловав его в щёку. Наверное, они бы с трудом оторвались друг от друга, если бы за спиной Кристофера не послышался тихий кашель. Закатив глаза от досады, парень повернулся, заметив в проходе Кристен — его кузину. Она, с трудом стоя на высоких каблуках, ожидала, пока на неё обратят внимание около двери.
— Не против, если мы поговорим? — обратившись к Эве, спросила она.
Мун готова была поклясться, что на слове «мы» она улыбнулась уж слишком ехидно и настолько отвратительно, что внутри всё так и порывалось ей ответить. Но рыжая с огромным трудом себя сдержала и вернулась обратно в дом.
Всё было устроено, по истине, роскошно. Множество столов, на которых были самые разнообразные угощения, официанты с таким строгим выражением лица, что хотелось смеяться, и, конечно, гости, вид которых завораживал, но совсем ненадолго. Рядом с Эвой почти сразу же появилась мама Кристофера.
— А я потеряла тебя! — воскликнула женщина, поправляя свои идеально уложенные волосы. — Думала, что Кристофер умудрился тебя обидеть.
— Нет, — покачала головой девушка, улыбнувшись, — ваш сын — просто чудо. Я очень ценю его.
Они ещё совсем недолго говорили о предстоящей свадьбе, дата которой назначена только на август. Миссис Шистад высказывала желание подарить им путёвки в солнечную Испанию, где бы они смогли провести с Крисом медовый месяц. Эва тактично намекнула, что на такие дорогие подарки не рассчитывает.
Со стороны выхода на балкон послышался удар дверью о косяки. Мун обернулась. Кристен, почти полностью красная и злая, двигалась прямо на неё, имея огромное желание сделать что-то, о чем потом сама же и пожалеет. Наверное, сцены было бы не избежать, если бы не мама Криса.
— Немедленно приведи себя в порядок, — отчеканила женщина, буквально закрыв собой Эву, — и не смей портить людям настроение своим поведением!
На талию рыжей легли крепкие руки брюнета. Он широко улыбался, наслаждаясь тем, как его мама без особого труда отразила «атаку чокнутой кузины». Позже он расскажет Эве о том, что Кристен совсем потеряла голову от ревности и чуть не спрыгнула с балкона, когда Шистад отверг её со словами о том, что инцест — явно не для него, и что в августе они с Эвой поженяться.
========== 59. Полуночный разговор ==========
На часах было около трёх часов ночи, когда телефон девушки внезапно зазвонил под подушкой. Эва с трудом открыла глаза, потому что почти засыпала, и совсем не думала о том, чтобы с кем-то разговаривать.
Нащупав устройство, она всмотрелась в имя абонента, который решил её потревожить, и округлила глаза от удивления. Четыре буквы, короткое имя, которое она совсем не ожидала увидеть.
Руки сами потянулись к наушникам, и уже через несколько мгновений Эва сидела на своей кровати, и трясущимися руками отвечала на звонок.
— Алло? — её голос немного казался взволнованным, но девушка старалась не показывать своего удивления.
— Я тебя разбудил? — язык немного заплетается, а голос звучит уж слишком хрипло, что говорило лишь о том, что Шистад был пьян по самое немогу.
— Нет, — покачала головой Мун, глупо улыбаясь, потому что давно она не слышала столько заботы в одном простом вопросе от парня, который вообще, можно сказать, принадлежал её лучшей подруге, — ты, может, номером ошибся?
— Нет, — ответил Крис, тихо смеясь. Эва была уверена в том, что у него на щеках были ямочки, — я хотел позвонить именно тебе.
Эва задержала дыхание, ожидая, что же всё-таки ей скажет Кристофер. Они не общались вот так просто уже очень давно, и, честно, Мун даже не думала, что это начнётся снова. Она не предполагала, что Крис думал о ней настолько часто, будто именно она была его девушкой, а не Вильде.
Хелеруд давно начала жаловаться на холодность с его стороны, а Эву душило изнутри что-то, что не давало ей сказать правду о том, что Крис давно уже в неё влюблен, о чем сам нередко (всего один чертов раз, который она навеки запомнила) говорил.
— Я такой идиот, Мун, — рассмеявшись, заявил Крис, — ты даже представить себе не можешь, как я боролся с собой, когда думал о том, стоит ли тебе звонить или нет.
— Боролся? — переспросила девушка, откидываясь на мягкие подушки и понижая голос, потому что на первом этаже в комнате матери послышались шорохи.
— Я не хотел звонить, чтобы тебя не тревожить, — объяснил парень, — но…
И внезапное молчание, которое длилось целых десять секунд, вырвало из-под ног девушки землю и вернуло обратно.
-…но я просто хотел удостовериться, что ты в полном порядке, — закончил он, — и поговорить с тобой, потому что меня больше никто понять не может.
Эва вздохнула, думая о том, чтобы ответить, но Кристофер живо менял темы для разговора, словно вел монолог.
— А я вот был на вечеринке, которую устроил Боркис.
От имени его друга Эва поморщилась, словно ей стало невообразимо больно. Не так давно между ними что-то закрутилось, но закончилось на том, что он просто смылся, отправив ей сообщение о том, что ему так жаль, ведь он воспользовался её доверием и так далее по списку. Ранее заготовленные фразы уже были вполне ожидаемы Эвой, поэтому она сначала пустила слезу, а потом забила, ведь теперь её ждало испытание похуже, — парень её подруги был в неё влюблен.
— Прости, — прервал себя Крис, — я не должен был о нем упоминать.
— Всё в порядке, — улыбнулась девушка, улыбаясь уголками губ, — до него мне нет никакого дела.
— Я даже из принципа не хотел звонить, потому что между вами, вроде как, что-то было, а я не хотел мешать тебе…
Повисло некоторое молчание. Мун слышала сбитое дыхание Криса, словно тот пробежал марафон. Почему-то ей представилось, что он в чёрной рубашке, которая прекрасно сидела на нем, и джинсы такого же цвета, больше похожие на спортивные штаны. В общем, удобство и вкус сочетались в его наряде на ура.
— Знаешь, — вдруг снова начал говорить Крис, — я тебе этого ещё не говорил, но тогда в школе я подошёл, чтобы пригласить именно тебя на вечеринку, а не всю вашу банду. Ты тогда заплела волосы в косички, такие объемные, и я сразу подумал, что твои волосы, — это что-то внеземное.