— Забавная вещичка. Можно взглянуть? — полюбопытствовал Мирошников.
— Пожалуйста. — Андрей протянул ему зажигалку. — Кстати, эта игрушка принадлежала Кириллу.
— Какому Кириллу?
— Мужу Насти. Первому мужу, — поправился Андрей. — Он окончил факультет кинематографии и, как все начинающие режиссеры, грезил об «Оскаре».
— Парень был весьма колоритной личностью, — криво усмехнулся Мирошников. — Пушер и будущий Тарантино в одном флаконе. Должно быть, по сравнению с ним я казался Насте серой, заурядной личностью. Ну что ж, Андрей, спасибо, что пришел. — Мирошников встал и протянул руку, давая понять, что разговор окончен. — Было очень приятно познакомиться. Надеюсь, как-нибудь встретимся еще.
— Только при более приятных обстоятельствах, — с улыбкой уточнил Андрей, абсолютно уверенный, что их встреча была первой и последней.
Мирошников расплатился за кофе и пирог и стремительно исчез за некрашеными деревянными дверями. Андрей задумчиво смотрел ему вслед. Похоже, парень и впрямь решил начать новую жизнь.
От имиджа делового человека не осталось и следа — мешковатые джинсы, простецкая рубашка в клетку навыпуск, на голове бейсболка. Надоело врать? «Давно пора», — усмехнулся Андрей и достал сигарету. О черт, он снова остался без огня — маленького огнедышащего «Оскара» унес с собой его законный наследник.
Глава 19
— Анька, прекрати немедленно! Видеть не могу этот ужас! — вопила Ира Калинкина, глядя на подругу.
Загорелая и похорошевшая после недельного пребывания в Ялте, она с чашкой кофе полулежала в мягком кресле и с ужасом наблюдала, как Аня, стоя на коленях, прогибалась назад, пытаясь головой коснуться пола. В Аштанга-йоге эта фигура называется «верблюд».
Упражнение получалось плохо. Накануне девушка не спала почти до двух часов ночи, ожидая, что Андрей позвонит и расскажет, как прошла встреча с Мирошниковым. Из-за страха пропустить звонок она даже отказалась пойти на свидание с Сергеем Погодиным, чем, несомненно, его обидела. Андрей не позвонил. Скорее всего, он даже не вспомнил о ней, наслаждаясь великосветской беседой в компании будущих родственников.
Слушая ленивый Иркин треп о преимуществах галечных пляжей перед песчаными, Аня вдруг прониклась отчаянной жалостью к себе. Господи, ну как она живет! Ее редакционная практика, которая больше похожа на рабство, утомительное расследование, с самого начала обреченное на провал, а вечером ей едва хватает сил доползти до кровати и провалиться в сон, как только голова коснется подушки. Нет, решено! Сегодня вечером она поедет в театр, дождется окончания спектакля и вместе с Сергеем отправится куда-нибудь развлечься. Ночные клубы и модные дискотеки им не по карману, но, слава богу, в столице хватает мест, где можно весело провести время совершенно бесплатно.
В подтверждение серьезности намерений Аня принципиально опоздала на работу. Рабочее место Ветрова все еще пустовало. Аня включила компьютер, но вместо того, чтобы заняться делом, полезла в Интернет на сайт свежих анекдотов.
Ага, как говорит Ветров, не с нашей кармой. Побездельничать ей помешала Даша Поклепова, которая объявилась в репортерской сразу после появления там Старцевой.
В последнее время это стало хорошей традицией. Аня с тревогой вспомнила разговоры о нетрадиционной сексуальной ориентации Поклеповой и живописные рассказы Ветрова о ее настойчивости, граничащей с агрессией, при вербовке новых партнеров. Тогда она посчитала его россказни очередной фазой необъявленной войны этих двоих. Однако явное предпочтение, которое оказывала ей Поклепова, заставило думать иначе.
— Наконец-то! — расцвела Даша. — У меня к тебе разговор. Пошли пошепчемся в «Шкатулку»?
— Пожалуйста, — с наигранной улыбкой согласилась Аня.
Интересно, а вообще когда-нибудь помещение конференц-зала использовалось по назначению? За время своей практики Аня ни разу не слышала о проводимых конференциях, зато шепчущие парочки уединялись там с завидной регулярностью.
— Держи, это тебе. — Из своего рюкзачка Даша достала бумажный конверт и передала его Ане. — Привет от профсоюза «Папарацци».
— От кого?!
— От профсоюза «Папарацци», — повторила Поклепова. — Неужто ты о нас ничего не слышала?
Нет, кто такие папарацци, Аня, конечно, знала. Более того, была абсолютно уверена, ни за что и ни при каких обстоятельствах не стала бы заниматься ничем подобным. Болтаться по скучным тусовкам, рискуя отхватить цирроз печени или нарваться на драку с какой-нибудь подвыпившей знаменитостью, и все только для того, чтобы получить ответ на сакраментальный вопрос: «Кто на ком?» Нет уж, увольте. Лучше уж до конца дней своих вести городскую хронику в «Репортере».