– Кого судите, дети мои? – раздался громогласный голос из раскрытых дверей судебного зала.
Все без исключения с нескрываемым обожанием посмотрели на вошедшего Мастера. На того, кто дарил им неуемную энергию для поддержания их жизней. Многие с облегчением вздохнули, теперь дело не дойдет до полного уничтожения. Мастер был всегда добрым справедливым судьей.
– Ясно, – взглянув на подсудимого, грустно сказал Мастер.
Он подошел к пустовавшему месту судьи, сел и повелительным взмахом ладони дал знак продолжать.
Адвокат и обвинитель низко поклонились. Подсудимый, лишь сильнее сцепив руки накрест, посмотрел с кривой усмешкой на Мастера и отвернулся.
– Мастер, мы не хотели беспокоить вас. Решили провести суд над отступником.
– Я слышал, вы хотите полного уничтожения, господин заместитель?
– Да, я считаю, это будет справедливая кара. Если подсудимый пошел на такой поступок один раз, то это вполне может повториться.
– Если уж я здесь оказался, то я приведу приговор в исполнение лично, а имея должность Судьи, просто обязан это сделать.
– Но, зная вашу добросердечность, боюсь, что вы вынесете неправильное решение.
– Ты смеешь мне перечить? – грозно вопросил Мастер.
– Воля ваша, господин, – попятился обвинитель.
– Подсудимый! – Голос раскатился по всему залу громом, заставив вжаться в спинки сидевших, но не юношу, продолжавшего гордо стоять, он даже развернулся и посмотрел в глаза Мастеру с той же ленивой усмешкой. – Ты был мне как сын! Ты нес любовь и свет другим. Но! Я не потерплю ослушания. Лишь дисциплина помогает нашему делу, лишь она привела к полученным результатам. Ты же, пустив в свое сердце скверну, все испортил. Заполнила тебя гордыня и понес ты ее в сердца моих подопечных. Все знают, что я прощаю оступившихся, но ты перешел черту, сын мой. Ибо нет хуже боли от предательства самого близкого. Ты хотел подняться высоко, теперь же ты будешь низвергнут в самые низы. Ты хотел нести свет? Теперь же твоя участь – Тьма. Я забираю твое сияние навеки. Ты будешь заперт в новом мире, где нет назад дороги. Там будет твой дом и царство… Приговор привести немедленно и обжалованию не подлежит.
Сидевшие вздрогнули от раздавшегося раската грома, который подтвердил слова судьи. Яркая вспышка молнии ударила рядом с подсудимым, заставив того нервно отступить, а маска высокомерия и безразличия дала трещину, а затем и вовсе сползла.
– Ненавижу тебя! – выкрикнул он.
Вся напускная бравада пропала в тот час, когда он увидел, как его сияние меркнет, с исчезновением которого терял что-то важное и он прекрасно это понимал. И когда сияние померкнет, он будет совсем другим.
– Ненавижу! – уже спокойней сказал подсудимый. Страх проходил, а внутри возникло ощущение до этого неизвестное ему, которое даже понравилось.
– Ненавижу, – уже с улыбкой, тихо прошептал он, глядя, как руки, утратив сияние, приобрели серый оттенок.
Подняв голову, он с такой ненавистью посмотрел на главного, что у того защемило в груди. Ненависть юноши выжигала и расширяла дыру в его огромном сердце.
– Раньше я нес для всех любовь к тебе, теперь же моя участь нести страх, боль и ужас. Ты Царь света, я же Повелитель Тьмы. Хочешь войны? Что ж, она будет. Борьба за «искры»? Но те двое, которых вы неосмотрительно бросили, уже мои. И поверьте, я буду бороться за каждую. Мы теперь вечные враги. Враги без права примире…
Мастер взмахнул сердито рукой, тем самым обрывая пылкую речь юноши. Некогда белые в виде сгустков энергии, крылья подсудимого, а теперь черные, окрасившиеся от зависти, осыпались пеплом. Он на секунду завис над открытым порталом и тут же исчез. Так же были низвергнуты и приспешники опального юноши.
– Суд окончен, – проговорил с грустью Мастер. – Возвращаемся к работе. А ее в связи со случившимся только прибавиться… Наблюдение за Новым миром не прекращать, подопытных, коль они научились воспроизводиться, взять в оборот, неудачные эксперименты до создания этих двоих, постепенно уничтожить, у них нет и не будет уже «сияния». И, – Мастер обвел тяжелым взглядом всех присутствующих, – если еще кто-то захочет претендовать на мое место, скажите мне это прямо в лицо, а не начинайте плести интриги за спиной и точить ножи для удара. И если кандидат будет достоин, так и быть, передам место Управляющего.