- У меня к тебе тоже есть встречная просьба, - начинает она, но я заранее знаю, о чем она может попросить.
- Яна, если ты о моем выходе из этой системы, то он уже состоялся. И теперь для всех я – владелец крупного охранного агентства. Ну и так, еще по мелочи, пара дел, но все – строго официально.
Янка доверчиво смотрит на меня и улыбается. Притягиваю ее к себе и целую, чтоб окончательно ее расслабить.
Главное, что ушли от обсуждения планов Матвея – с этим я должен разобраться сам.
Переплетаем пальцы друг друга и Янка, нащупав шрам на моей правой ладони, вздрагивает.
- Его же раньше не было? – задумчиво спрашивает она, осторожно ведя пальцем по тонкой линии, оставленной лезвием ножа.
- Ну да, ему около года, - хмуро усмехаюсь я, пока Янка хватается за другую руку. Там – такой же, брат-близнец.
- Господи, Влад, это откуда? Они же почти одинаковые, - ужасается она и я чувствую, что вот-вот снова расплачется.
Выдать крупицу правды и снова уводить от этой дурацкой темы.
- Это – ножевые. Пытали, пока был в плену. Предали, кстати, свои же.
- Свои бы не предали, - резонно возражает Янка, - я никогда не предам.
- Да ладно, Яна, дело прошлое. Я уже полностью восстановил руки, стреляю так же, как и раньше. Игра на гитаре тоже никуда не ушла.
При упоминании о гитаре, Янка мечтательно зажмуривается, и в эту минуту передо мной снова – та восхищенная восемнадцатилетняя девочка, в которую я влюбился восемь лет назад. Черт, нет, сейчас она даже еще более соблазнительная и горячая, еще более желанная и красивая.
Не уверен, что долго смогу держать себя в руках, когда Янка в моей майке сидит у меня на коленях. Мысль о том, что на ней сейчас нет трусиков, заводит так, что больше не могу сдерживаться.
- Ты ведь сыграешь на гитаре? – неожиданно интересуется Янка.
- Да, только надо будет купить ее, - соглашаюсь я, но тотчас же у меня возникает мысль поинтересней.
- Знаешь, ты очень похожа на гитару, - тихонько шепчу ей на ухо, снимаю с нее майку и провожу ладонью по изгибу ее талии.
- И что бы ты сейчас сыграл? Научишь меня играть? – мгновенно подхватывает игру Янка и ее глаза сейчас возбужденно поблескивают.
Совершенно голенькая, она сидит на моих коленях и специально ерзает по моим джинсам. Черт, вот только не хватало кончить прямо сейчас, как подросток.
Янка провоцирует и вот-вот доиграется.
- Это несложно. Можно для начала играть перебором. Вот так.
Мои пальцы осторожно раздвигают ее губки и я схожу с ума от того, как там все горячо и мокро. Не вхожу в нее, хотя Янка делает пару попыток насадиться на пальцы. Нет, ты же сама просила научить тебя игре на гитаре?
Тремя пальцами вырисовываю круги вокруг ее клитора, задевая губки и наслаждаясь теми стонами, которые Яна больше не может сдерживать.
- Есть еще вибрато. Этот прием всегда меняет звук.
Пальцы входят в горячее и тесное лоно, чуть подрагивая на чувствительных точках внутри моей девочки. Яна стонет сильнее и энергично двигает бедрами, пока я поцелуями ловлю ее стоны.
- И есть флажолет. Легкое касание грифа в нужном, особом месте и гитара звучит особенно сильно.
Скольжу пальцами по ее клитору и едва удерживаю другой рукой Янку. От наслаждения она выгибается и громко стонет, по ее гибкому телу пробегают судороги удовольствия. Тону в ее ощущениях и сам теряю счет времени.
- Еще, Влад, да, еще… - сбивчиво и чуть хрипловато стонет Янка и мне окончательно срывает крышу от откровенного наслаждения моей девочки.
Все, маленькая, теперь никакой пощады и привычной тебе нежнятины, ты доигралась. Остался неизученным еще один прием игры на гитаре.
Рифф.
И сейчас это будет жесткий, хардроковый рифф.
Расстегиваю молнию на джинсах и опрокидываю Янку на диван, не разрывая поцелуев. Вхожу в нее и больше не могу сдерживаться.
Горячая и возбужденная девочка, от которой схожу с ума, сейчас вся в моих руках. И, похоже, ей очень нравятся такие уроки музыкальной грамоты.
Необычайно сильное удовольствие с головой накрывает нас почти одновременно. Чувствую, как Янка вся пульсирует и дурею от того, как она, словно дикая кошка, царапает мне спину своими коготками. Взрывная волна оргазма уносит нас обоих, стремительно оглушая острым наслаждением.
Сокрушительно и сладко-пьяно, как возможно только с этой девочкой.
Гитарная матчасть удалась, однозначно.
Поцелуи – нежные и затяжные – медленно возвращают нас обоих в реальность. Сбившееся дыхание Янки постепенно выравнивается и я чувствую, как она проваливается в полусонное забытье.