«Где же вы, Софи, Полина?» – пронеслось у меня в голове. Я видел Софи, такую живую в своих воспоминаниях, с её мягкой улыбкой и глазами, в которых всегда светилась теплота. Видел весело смеющуюся дочь. Неужели они одни, потерянные, без дома?
Я сжал кулаки, почувствовав, как внутри поднимается решимость. «Найду. Во что бы то ни стало, я найду их. Пусть мне придётся обойти весь город, пусть я переверну каждый камень, но я верну тех, кто был смыслом моей жизни». Теперь у меня была цель, и ничто не могло меня остановить.
Полностью шокированный услышанным, я медленно отошёл от ворот и остановился на тротуаре. Грубое «посторонний» полицейского нисколько меня не задело. Он был прав – теперь я действительно чужой здесь. Тот полковник Вайсберг, каким я был когда-то, погиб, героически спасая императора. Я давно это принял. Но одно никак не укладывалось в голове – откуда взялись долги?
На момент моей гибели дела шли хорошо, и ни о каких финансовых затруднениях я не слышал. Софи… Нет, я отказывался верить, что она могла влезть в какие-то сомнительные махинации. Её честность и порядочность не позволили бы этого. Но тогда что произошло? Этот вопрос гудел в моей голове, словно церковный колокол.
Оглядевшись вокруг, я заметил маленькую кофейню на противоположной стороне улицы. Её уютный вид словно звал внутрь. Поддавшись импульсу, я пересёк дорогу и вошёл в заведение. Внутри было тепло, пахло свежей выпечкой и обжаренными зёрнами кофе. Полумрак и тихие разговоры создавали атмосферу уюта. Я выбрал столик у окна, откуда открывался вид на бывший дом.
– Желаете чашечку кофе, господин поручик? – раздался нежный голос.
Я поднял взгляд и встретился с доброжелательной улыбкой миловидной официантки. Она казалась немного смущённой, видимо, заметила, что я погружен в свои мысли.
– У нас сегодня к кофе есть великолепный бисквит, – добавила она, склонив голову набок.
– Да, будьте добры, – пробормотал я, всё ещё переваривая услышанное у ворот.
Официантка быстро скрылась за барной стойкой, а я снова уставился на серое, пустое здание. Дом уныло-гордый, но покинутый. Воспоминания нахлынули волной. Софи на крыльце, её смех, звонкий, как ручеёк весной, аромат цветов, что она любила ставить в вазу в гостиной. Всё это казалось таким близким и в то же время недосягаемым, как сон, от которого проснулся слишком рано.
«Долги… Что же случилось? И где ты сейчас, Софи?»
Вернувшаяся официантка поставила передо мной чашечку кофе и кусочек бисквита. Тёплый аромат напитка немного отвлек меня, но даже сладкий десерт не мог снять груз с души.
Я сделал глоток. Горечь кофе будто отражала мои собственные чувства. Передо мной стояла непростая задача – узнать правду. И неважно, сколько времени или усилий это займёт. Я должен был найти Софи и понять, что же на самом деле произошло.
Когда официантка проходила мимо, я, пытаясь казаться как можно более непринуждённым, задал ей вопрос:
– Простите, мадемуазель, а вы случайно не знаете, что случилось с обитателями дворца напротив?
Девушка немного растерялась, поправила передник и огляделась, будто проверяя, слышит ли нас кто-то.
– Честно говоря, господин поручик, я мало об этом знаю, – начала она неуверенно, опуская взгляд. – Но говорят, вдова не смогла оплатить какие-то векселя, которые ещё старый герцог подписал… И вроде бы из-за этого все имущество было арестовано.
Её слова прозвучали словно удар. Герцог Вайсберг всегда был человеком практичным и расчётливым. И было странно, что он допустил, что имелись какие-либо неоплаченные с давних времён векселя. Как же это могло произойти?
– А что с хозяйкой дома? Где она сейчас? – спросил я, стараясь, чтобы голос не дрожал.
Девушка пожала плечами.
– Не знаю, господин поручик. Слухи ходят разные. Говорят, она уехала… Куда – неизвестно.
Мой вопрос, похоже, заинтересовал сидящую за соседним столиком пожилую даму. Она аккуратно отодвинула чайную чашку и повернулась ко мне. На вид ей было за шестьдесят, в дорогом, но слегка поношенном платье с кружевным воротником. Серебристые волосы были уложены в строгую прическу, а лицо с тонкими чертами и умными глазами излучало достоинство.
– Простите, молодой человек, что вмешиваюсь в разговор, – сказала она мягким, но уверенным голосом, – но я слышала кое-что о вдове.
Я напрягся, боясь пропустить хоть слово.
– Говорят, она купила небольшой домик на окраине, неподалёку от северного рынка. Бедная девочка, она столько всего пережила… Если бы её муж был жив, подобного никогда бы не произошло! – она покачала головой и тяжело вздохнула.