— Ваша милость… — прервал его Грисволд.
— Второе, — продолжал Патриарх, сверяясь с карточкой. — Кольцо получило… приглашение, думаю, и вы тоже… в Тириан на коронацию королевы лиринов. — Он поднял голову, и по его губам скользнула едва уловимая улыбка. — Я намерен на ней присутствовать. И хочу… чтобы вы все меня сопровождали.
Ян Стюард из Кандерр-Ярима и Ланакан Орландо из Бет-Корбэра с сомнением переглянулись.
— Но Тириан следует вере Гвинвуда, ваша милость, — проговорил Стюард.
— Да. И у них сейчас новый Главный жрец. Но я чрезвычайно расположен к… будущей королеве. Я обязан ей жизнью. И поскольку дни мои сочтены… я хочу провести их так… как считаю правильным. Я приглашаю вас… присоединиться ко мне.
Благословенные дружно закивали: Грисволд — коротко, Найлэш Моуса — стараясь не смотреть в глаза.
Путешествие, которое собирался предпринять Патриарх, было первым случаем, когда он решил покинуть пределы Сепульварты, с тех пор, как занял свой пост.
— И наконец, — продолжал Патриарх, — я знаю, что вас всех… занимает вопрос, кто станет моим преемником. — Он чихнул; Колин Абернати и Ян Стюард подпрыгнули от неожиданности. — Мое решение… когда я его приму… будет записано в этом… свитке. Я надеюсь… что… после моего ухода… вы не позволите… личным интересам взять верх над здравым смыслом. Создатель… говорит только с тем, кто… становится Патриархом… с чистой совестью и готовностью выполнять Его волю. Помните это.
Рука со свитком задрожала еще сильнее. Грегори подошел к креслу Патриарха и погладил старика по плечу.
— Вы не хотите вернуться в больницу, ваша милость? — спросил он и поднес к губам Патриарха чашку с водой.
Тот сделал несколько глотков и кивнул.
— Хорошо. Я вас всех благодарю. Мы… выезжаем завтра на рассвете. Надеюсь, вы будете готовы.
— Минутку, ваша милость, — не обращая внимания на сердитый взгляд Грегори и на то, с каким трудом Патриарх поднялся на ноги, проговорил Колин Абернати. — Я заметил, что сегодня у вас на пальце нет Кольца Мудрости. Не в этом ли причина?
Старик постарался выпрямиться и на мгновение выпустил руку своего помощника. В его глазах заиграли озорные огоньки.
— Вы правы, Колин. Можно подумать… что в моем возрасте и состоянии… не слишком мудро… предпринимать такое путешествие… поскольку оно может повредить моему здоровью. — Он чуть наклонился вперед и добавил шепотом: — Но я все равно намерен в него отправиться.
Он снова взял Грегори за руку и сделал несколько шагов по направлению к мраморным ступеням. Затем, оглянувшись в последний раз на Благословенных, добавил:
— Не беспокойтесь, Колин и все остальные, Кольцо будет на месте, когда новому Патриарху придет время сменить меня на этом посту.
Дворец регента, Бетани
В кабинете лорда Роланда стоял невыносимый холод, поскольку угли в очаге успели за ночь прогореть. Тристан Стюард продолжал сидеть перед потухшим камином, держа в одной руке стакан с бренди, а в другой — приглашение на бархатистой бумаге. Он раздумывал над своей жизнью, пытаясь решить, как изменить ее к лучшему.
Впервые за много лет — почти сто — лирины выбрали королеву, и их выбор его нисколько не удивил.
Он посмотрел на написанное каллиграфическим почерком приглашение, потом осушил стакан и сжал зубы — крепкое спиртное обожгло рот.
«Какая ужасная нелепость, — думал он, то так, то эдак поворачивая карточку с приглашением. — Я женился на чудовище, чтобы прибавить к своим владениям Кандерр, а мог взять в жены женщину, о которой мечтаю, и стать монархом Тириана».
Ничего подобного в истории еще не случалось, и Тристан это знал. Какая жалость.
Впрочем, у него есть год, чтобы все исправить. Конечно, если он вернет Мадлен отцу и аннулирует брак, в королевских домах Роланда поднимется страшный переполох. Седрик Кандерр, без сомнения, подвергнет его остракизму и скорее всего выведет свои войска из союза. Но один фактор, о котором сейчас все забывают, полностью изменит положение вещей: через год он станет королем.