Тристан Стюард, его кузен Стивен Наварн, герцог провинции, носящей его имя, и брат Тристана Ян Стюард, Благословенный Кандерр-Ярима, действительно появились на границе, и первые двое обсудили с послом короля политическую часть договора, а Благословенный занялся религиозными вопросами. Рапсодия блестяще провела переговоры, очаровала своих противников и добилась для болгов чрезвычайно выгодных условий торговых соглашений. Кроме того, Роланд давал гарантии, что больше не будет пытаться устранять возникшие разногласия при помощи военной силы. Тристан Стюард вернулся в свою провинцию к малосимпатичной невесте с ощущением, что отказался от своего врожденного права и души в пользу Илорка.
Тристан Стюард так и не узнал, что заставило его принять ошибочное решение и отправить двухтысячную армию в Илорк против войска Акмеда.
Естественный процесс установления дипломатических отношений с новым государством всегда занимает много времени, и на то есть веские причины. Новому монарху далеко не сразу удается разобраться в проблемах своего королевства, выявить положительные и отрицательные аспекты отношений с соседями, союзниками и врагами.
Уничтожение армии Тристана ускорило этот процесс. Ужасное известие стремительно разнеслось по провинциям Роланда и соседних с ним земель Сорболда на юге, Гвинвуда на западе, Хинтервольда на севере и даже среди народов, населявших территории к востоку от Зубов. Лишь лиринское королевство Тириан, огромный лес, начинающийся от юго-западного морского побережья, не прислало посла в Илорк, продемонстрировав тем самым, что восхождение Акмеда на трон новоиспеченного королевства фирболгов не произвело на них никакого впечатления.
Все остальные соседствующие с Илорком государства постарались добиться мирных соглашений, не отказываясь от доходов, поступающих от торговли с болгами.
Особый интерес проявил Сорболд, засушливые земли которого изнемогали под палящими лучами солнца. Когда-то Сорболд являлся частью намерьенской империи, а теперь стал самостоятельной державой, связанной с Роландом лишь через стареющего Патриарха Сепульварты, главу религиозного ордена, чьим постулатам следовали в обоих государствах. Жители Сорболда мечтали получить доступ к прекрасному оружию, производившемуся в кузницах фирболгов. В Сорболде практически не было полезных ископаемых, а следовательно, не производилась сталь.
Сорболдцы пытались добиться поставок оружия через своего посла Сина Кроута, прославившегося тем, что он всегда добивался цели. Но Акмед, охотно подписывавший договоры на другие товары, отказался продавать оружие из своего арсенала Сорболду, посчитав неразумным вооружать соседнюю державу, какие бы обещания вечной дружбы ни давал ее посол. Наследному принцу Сорболда пришлось прикусить язык и криво улыбнуться, но все понимали, что к обсуждению этого вопроса еще придется вернуться. Однако пока сохранить мир удалось.
Как только были заключены торговые договора, король Акмед составил план защиты торговых и почтовых караванов от постоянных вспышек необъяснимой ярости и насилия, столь характерных для новой земли, где он, Грунтор и Рапсодия оказались после того, как покинули Корень.
Из Илорка еженедельно отправлялись торговые караваны под охраной пяти сотен солдат Тристана Стюарда, которые по очереди посещали все страны в центральной части континента — Бет-Корбэр, Сорболд, Сепульварту, через Кревенсфилдскую равнину шли в Бетани и Наварн, а затем через Тириан и Авондерр в Гвинвуд и Кандерр, на север к холодному Хинтервольду, затем на восток к жаркому Яриму и обратно, в Илорк. Маршрут был сравнительно легким, путь каравана пролегал через самые разные районы по древним намерьенским дорогам, построенным еще во времена расцвета империи.
С восстановлением сравнительно безопасной почтовой связи многие отдаленные страны перестали чувствовать себя изолированными — впервые за последние двадцать лет, поскольку вспышки насилия сделали путешествия из одной державы в другую слишком небезопасными. Теперь люди могли присоединяться к еженедельным караванам и с благодарностью пользовались их защитой.
Однако одной — тайной — группе путешественников, отправившейся в далекие земли, почтовые караваны обеспечивали нечто другое. У Искателей впервые появилась возможность вести поиски в пограничных районах, что давало им надежду вновь услышать Голос.