— Разрази его гром! — в ужасе прошептала она, глядя на борьбу на дороге. Их лошади прядали ушами и пятились, и Черные Земли еле удерживал их. — Что мне делать?
Ее отец устало вздохнул и что-то сделал с Дваером, в результате чего Камень вспыхнул в ладони Эмбры. Она задержала дыхание и застонала от боли, выпуская его, и тот завис над ее ладонью, вращаясь в воздухе, связанный с пальцами Золотого Грифона только тоненькими трескучими язычками силы, словно маленькими белыми молниями.
Мгновением позже Краер, словно шар, откатился к лошадям, яростно ругаясь. Хоукрил полетел в канаву у корней дерева, а волка отбросило в другую сторону.
— Что… — начала Тшамарра, пытаясь разглядеть Краера, а Камень вращался в воздухе, свивая туман.
— Воспользуйся Дваером и успокой коней, — приказал ей Черные Земли. — А то вьючные убегут в Сторнбридж, а жеребец Делнбона удерет в соседнее баронство, а то и Серебряную перепрыгнет.
Тшамарра воззрилась на него, раскрыв рот.
— Скорей! — рявкнул он ей прямо в лицо, и она, задрожав, протянула руку к Дваеру, который послушно вплыл в ее ладонь.
Эмбра уже спускалась с седла, позабыв о Дваере.
— Ястреб? Ястреб!
— Все в порядке, — послышался голос Краера откуда-то сзади, и Тшамарра облегченно вздохнула, а Черные Земли поморщился, поскольку ее контроль над Дваером чуть нарушился. — Пойду посмотрю, не покалечился ли этот здоровяк в чугунной броне! Не беспокойтесь о ловком и невероятно умном Краере Делнбоне, которого швырнуло прямо в деревья с опасностью для жизни и костей! Не думайте о блестящем уме, который обвел вокруг пальца наместника Лаунсрара, лишив его четырех коней и кареты сборщика налогов, в которую они были запряжены! Или управляющего замка Мрорн, оставшегося без прекрасной дочери! Или… — Квартирмейстер заметил настороженный взгляд Тшамарры и торопливо добавил: — Ладно, о ней мы не будем. Может быть, вместо этого остановимся на…
— На том, что поймаем коней и на время заткнемся, — прорычал Черные Земли, нагнувшись с седла, чтобы встряхнуть коротышку за шкирку.
Мгновение они смотрели друг другу в глаза, и Золотой Грифон отпустил ворот Краера, уронив Высочайшего Князя Делнбона на дорогу со словами:
— Кроме того, ты наверняка оставил Лаунсрара без серебра, пока следил за ним для меня, так что сундуки в этой карете должны были попасть ко мне, а я что-то не припомню, чтобы хоть монетку из них видел!
— Отец, прекрати! — со слезами в голосе воскликнула Эмбра из канавы позади Эзендора. — Ты чуть не убил Хоукрила, ты же использовал молнию, а он в доспехах! И все, что ты можешь…
Могучий латник, над которым она склонилась, поднял здоровенную руку и погладил ее по плечу.
— Детка, — прогудел знакомый голос, — я жив и здоров.
— Ястреб! — воскликнула Эмбра и сжала его в объятиях, несмотря на то что доспехи больно царапали ее.
— Сознаюсь, что не слышал вас, только вот сейчас услышал, мне уши заложило… Волк мертв?
Краер окинул взглядом дымящуюся тушу в дальней канаве и осклабился — такая усмешка сгодилась бы и для того самого волка.
— Мертвее некуда, — ответил он.
Латник замолчал, и Краер поднял руку в салюте и очертил круг, указав на землю, — воинский жест, которым бойцы Аглирты отводили смерть.
Хоукрил осторожно высвободил одну руку, другой продолжая обнимать Эмбру, и ответил таким же приветствием, и тут глаза Краера уловили в зарослях незнакомое лицо. Темноглазый человек внимательно следил за ними. Змеиный жрец!
Любимый кинжал Делнбона в мгновение ока оказался у него в руке, и второе лезвие скользнуло в ладонь, прежде чем вылетел первый кинжал. Квартирмейстер рванулся через дорогу, заставив лошадь Тшамарры от страха попятиться, а Эмбру — разинуть рот, домчался до другой стороны и бросился в лес, прыгая от дерева к дереву, торопясь добраться до места, где…
Где змеиный жрец, харкая кровью, медленно опускался на землю. Рукоять кинжала Краера торчала у него под челюстью. Вторым кинжалом Краер отсек ему пальцы, чтобы тот не смог в отчаянной предсмертной попытке сотворить еще одно заклинание, и тут увидел мерцание в воздухе за тем деревом, у корней которого скорчился жрец.
В воздухе возникало лицо, но Краер видел лишь ледяной, злобный взгляд глаз, которые, замерцав, ввалились внутрь, превратившись в пару искорок.
Краер яростно метнул кинжал в воздух, где только что было видение, он рычал и рубил, рубил, рубил…
— Краер? — Голос, раздавшийся сзади, принадлежал Тшамарре, и в нем звучала тревога.
Делнбон обернулся, по многолетней привычке одновременно уклонившись в сторону, чтобы не получить копье или стрелу. Но здесь была только его подруга, и над ее левым плечом вращался Дваер. Она покачала головой, криво усмехнувшись.