Выбрать главу

Я стоял и с опаской смотрел на заброшенные домики. Ведь когда-то здесь жили люди, бегали и игралиребятишки, а их матери и бабки встречались возле колодца, чтобы обсудить последние сплетни. Вот и колодец. Стоит, как и прежде, только покосился немного, да и "журавль" от старости рассыпался в труху. Темные с подпалинами бревна неумолимо притягивали взор. И чем дольше я смотрел на колодец, тем больше внутри меня зарождался страх. Идти по улице совершенно не хотелось. А тем более проходить мимо с колодцем. В той же энциклопедии был еще один совет для начинающих сталкеров: "всегда доверять своей интуиции», то есть доверять своему первому впечатлению, все остальные мысли лишь приближают неизбежный конец – то есть смерть.

Я еще раз внимательно пробежался взглядом по крышам домов, по темным запыленным окнам. Прислушался, но услышал лишь стук своего испуганного сердца - стучавшего набатом. И, наконец, решился. Положившись на русский "авось", я сделал шаг, другой и, не успев закончить движение, застыл на месте, потому что сруб осветился красным. В следующую секундув небо ударил ревущий столб пламени. Даже на расстоянии меня обдало жаром. Как ошпаренный я бросился прочь с улицы. Концентрированный, строго направленный вверх огонь "жарки" утих, когда я отбежал метров на двадцать от деревни.

- Черт! Мог бы сразу догадаться, - хлопнул я с досады себя по лбу. Только сейчас я понял, почему сруб был такой обожженный. Аномалия «работала» строго вверх. Но чудовищный жар все же оставил темные подпалины на бревнах колодца. Отметив в голове жирным плюсом особенности аномалии, я вновь направился к своей цели – Кордону, где заправлял всем известный торговец Сидорович.

- Вот ведь чувствительная попалась, – продолжал возмущаться я. Что ж по центру пройти не получилось. Обойти деревушку по краю, на мой взгляд, так же не представлялось возможным. Заброшенные с 1986 года сады разрослись, превратив поселок в мутировавший ботанический сад. А продираться сквозь джунгли, увешанные "жгучем пухом", мне совершенно не хотелось. Последствия такого посещения я как-то видел в одном из репортажей. Как сейчас помню, белесое от ожогов лицо молодого солдата контрактника, угодившего в скопление «жгучего пуха». Протянул он не долго – повесился у себя в палате, избавив себя и родственников от мучений. Возможно, это и стало причиной репортажа. Не поймешь этих журналюг. Но я отвлекся, а в Зоне это непростительно. Вновь я сосредоточился на окружающих меня опасностях. Оглядев размеры «фруктовой» плантации я с огорченьем присвистнул.

- Вот тебе бабушка и Юрьев день, - обреченно выдохнул я, и все-таки поплелся в обход этого проклятого сада. Вновь засверкали металлические искорки гаек, указывая мне безопасный путь.

- Нормальные герои всегда идут в обход, - рубанув рукой воздух, крикнул, я, вспомнив старый фильм про Айболита, но тут же прикусил себе язык. Как итог вдалеке раздался тоскливый вой собак. Ускорив шаг, я вспомнил проводника и его бесшумную походку, и попытался скопировать ее на протяжении последующих ста метров. Пока одна из брошенных гаек не просвистела мимо меня, изменив направление полета на противоположное. Вот тогда-то я призадумался основательно. Вытерев со лба дрожащей рукой пот, я пригляделся к аномалии расположившейся от меня в пяти шагах. «Трамплин» - это был именно он, время от времени сухо потрескивал. Как будто кто-то хрустел пальцами. Разминать суставы может и полезно, но лично мне никогда не нравился такой хруст, на нервы действует хуже, чем скрежета метала по стеклу.

Призрачная сфера, изредка озаряясь голубоватыми искрами-вспышками, казалось жила своей аномальной жизнью. В яркий солнечный день аномалию можно было не заметить вообще. Сумеречная погода, нависшая над Зоной Отчуждения, позволила мне с трудом, но все-такиее разглядеть. Я медленно двинулся вправо, время, от времени разведывая себе дорогу металлическими кругляшами, по кругу обходя это коварство природы. Слава Богу, возле деревушки аномалий мне больше не встретилось. Благополучно обойдя поселок по широкой дуге, я отклонился от первоначального направления примерно на километр.Но полученный опыт заставил меня внимательней глядеть под ноги и соответственно - по сторонам. На ум опять пришла поговорка отца: "Даже на солнце бывают пятна». Он вообще у меня был кладезь разных прибауток. За что я его и любил. Не за прибаутки конечно, но в целом.

Достав импровизированный вариант карты, доставшейся мне от проводника, я с помощью компаса скорректировал маршрут, намеченный с начала похода. До так называемого Кордона, где находилась школа для «новичков», оставалось немного. По моим прикидкам где-то около двух-трех километров. Опасность встречи с одним из армейских патрулей, совершенно не прельщала меня, а для этого следовало сместиться к западу, в сторону от военного блокпоста. Что я незамедлительно и сделал. Еще каких-то полтора часа, и старая проселочная дорога вывела меня к тополиной роще окружавшей Кордон.

Несколько покосившихся домиков любезно предоставили свои шаткие стены для людей, пытавшихся стать сталкерами. В отличие от тех же людей, которых я встретил на Кордоне. Прием, который мне оказали, нельзя было назвать радушным. Все мои ожидания обернулись крахом. Я ожидал здесь встретить сильных волевых людей, которые с открытым забралом идут на встречу опасностям Зоны. Но на деле все оказалось наоборот. Лагерь «новичков» называли образно, и представлял он собой «отстойник», опустившихся людей – тех, кто не справился с собой и не смог найти силы и волю отправится дальше в глубь Зоны. Вот и просаживали они свою жизнь на окраинах, собирая мелочевку, чтобы свести концы с концами да заработать на очередную бутылку «Казака». Все это я понял слишком поздно. Никаких качеств, кроме алчности у этих отбросов общества не осталось. Нет романтики в сталкерском мире - есть правило зверей. И в этот мир я пришел добровольно…

- Привет! – радостно крикнул я, выходя из кустов на узкую улочку. И уткнулся взглядом в черное жерло винтовочного ствола.

- Чего разорался! – оборвал меня хмурый тип, держа на прицеле «вертикалки», - Ты кто?

- Я новенький, только из-за Периметра, - пояснил я.

- А, - протянул дозорный, убирая оружие, - Ну, тогда для начала топай к торговцу, его бункер вон там, - неопределенно указал в сторону посадок мужик, - Доложишься Сидоровичу, и подходи к нам – побазарим. И это сам понимаешь,- он недвусмысленно почесал себя по небритому кадыку, - Обмыть бы надо.

Я уверено кивнул и направился в указанном направлении. Спустившись в бункер, я начал с интересом рассматривать стеллажи, заставленные всякой всячиной, пока сиплый голос Сидоровича не оторвал меня от созерцания помещения.

- Ну, чего башкой крутишь? Хабар принес?

- Нет. Я новенький. Только пришел, – пояснил я.

- Вижу, что не старенький, - с издевкой произнес торговец, - Звать то как?

- Эдиком, - произнес я, уперев указательный палец в переносицу, поправив сползшие очки.

- Э-д-и-к-о-м!? - старательно коверкая мое имя, произнес Сидорович, - Всему вас учить надо. Эх, молодежь, - он оценивающе пробежался по моему внешнему виду, и с кислой рожей объявил, - Студент ты, вот ты кто! Понял?!

- Понял. Чего ж не понять. А почему? – наивно спросил я.

Старик аж покраснел от возмущения. Громко выдохнув, торговец хлопнул по столу ладонью.

- По кочану! – рявкнул он так, что у меня зазвенело в ушах. - Брать, что-нибудь, будешь? Если нет то… - он указал огромной ручищей на дверь. Поняв, что перегнул палку, я вытянул из внутреннего кармана пачку купюр.

- Что вы можете мне предложить? – помахав немного пачкой денег в воздухе, спросил я. Прищурив заплывшие жиром глазки, торговец довольно кивнул.

- Стандартный набор «новичка» устроит? – предложил он, - Если, да то с тебя десять штук. Рублей конечно, - поправился он, заметив мой недоуменный взгляд.

- Годится! – передавая деньги Сидоровичу, согласился я. Фыркнув что-то невразумительное, торговец стал старательно, пересчитывать деньги. Через минуту Сидорович вручил мне потрепанный обрез, и три коробки патронов к нему. Немного подумав, он поставил на стол две бутылки водки, и в завершении всего шлепнул на прилавок полиэтиленовый пакет с нехитрой снедью.