Через две недели он, с легким волнением в голосе, сказал:
— Я хочу тебя увидеть. У меня получится взять билет и прилететь через пару недель на уик-энд. Но только в Дели, я не успею в Калькутту. Ты приедешь ко мне?
Я молчала. Потому что улыбалась. Довольно и счастливо. Поездка из Лондона в Дели — недешевое удовольствие, даже для подполковника с его жалованием.
— Амала, почему ты молчишь? Ты приедешь? — еще больше заволновался Киллиан. — Алло, Амала?
— Да, приеду.
— Отлично, — облегченно выдохнул он. — Боялся, что ты откажешься, а в Калькутту я не смог бы приехать.
Через две недели я ждала его в номере крупного делийского отеля.
Самолет задерживался, и мне приходилось с нетерпением выглядывать в коридор в надежде увидеть Лайтвуда. Наконец раздался тот самый характерный стук в дверь — один длинный, два коротких. Ему ничего не нужно было говорить: мне было ясно, что это он.
Я открыла дверь, и в номер шагнул… большой букет цветов, за которым Киллиана не было видно.
— Что это? — спросила я, смеясь.
— Цветы моей любимой женщине. Не похоже?
— Очень похоже. — Отвела букет в сторону, чтобы увидеть его лицо.
Счастливый, улыбающийся, с горящими глазами. Я тут же схватила его за рубашку и привлекла к себе, буквально набросилась и начала целовать, говоря в перерывах:
— Я соскучилась. Соскучилась по тебе. Брось ты эти цветы…Далее сцена написана основываясь на сексуальных предпочтениях пары в игре (как это увидела я при прохождении).
— Потише… А по телефону такая вся сдержанная. — Он довольно ухмыльнулся и немедленно отбросил куда-то в бок на пол свой красивый подарок.
Киллиан молниеносно обхватил меня руками, сжимая с мягкой, но ощутимой силой, и отвечал на поцелуи, показывая, как сильно скучал.
Я начала спешно расстегивать рубашку, нетерпеливо целовать его в шею, плечи — эти недели нашего расставания длились слишком долго, чтобы заставлять ждать ещё хоть мгновение.
Он чуть отстранился, будто специально дразня меня, и усмехнулся:
— Да ты как дикая кошка сегодня…
— Львицы (м-м-м) — символ (м-м-м) нашего рода (м-м-м). Ты не знал (м-м-м)? — между жадными поцелуями проговорила я.
— Тогда понятно. — Киллиан перестал тратить время на разговоры и переключился на действия.
Его руки исследовали мое тело, прижимая меня то сильнее, то ослабляя напор. Глубокий поцелуй прервался и перешел мне на шею, потом на ключицу и перешел в зону груди. Я запрокинула голову, обнимала его и глухо постанывала, чувствуя, как одновременно любимый прижимался ко мне, крепко держа за ягодицы.
Уже привычным движением он задрал сари и прикоснулся к моим бедрам, поглаживая их. Потом медленно переместился к внутренней стороне, слегка раздвигая мне ноги. Как все равно дразня меня, неторопливо провел несколько раз рукой вверх-вниз до колен и назад, а затем скользнул между ног.
— Ты подготовилась? — хрипло проговорил Киллиан, обнаружив, что я без белья.
— Да, долго тебя здесь ждала, — глубоко дыша прошептала я.
— Поэтому ты такая влажная? Заждалась? — он проник в меня пальцами.
— Да, — простонала я от удовольствия, обхватив его руку, что была во мне.
Видя мою реакцию, Киллиан довольно ухмыльнулся и после нескольких движений рукой подхватил и усадил меня на комод, находившийся рядом. Широко раздвинул мои ноги, запрокинув сари, торопливо начал расстегивать ремень и брюки и также торопливо надел презерватив.
— Прости, что заставил ждать, — проговорил он и резко глубоко вошел в меня, заставляя громко застонать от удовольствия.
Сильные руки крепко держали за ягодицы, я выгибалась, закинув обе ноги ему на бедра. Движения в начале были глубокими, но не очень быстрыми, а потом резко начали ускоряться.
Стоны становились чаще. Я крепко прижалась к любимому и обхватила за плечи руками. Еще несколько быстрых толчков — и в глазах потемнело на несколько секунд, тело задрожало. В порыве охвативших чувств я неосознанно еще сильнее вцепилась в плечи возлюбленного, оставляя на них следы от ногтей. Киллиан тоже уже закончил и тяжело глубоко дышал, уткнувшись мне в плечо и обнимая.
— Моя львица… — хрипло прошептал он, целуя мелкими поцелуями в шею.
Это были 36 часов или ровно полтора суток безумства. Мы настолько изголодались друг по другу и не хотели терять время, что всю еду заказывали в номер. Один раз на нас пожаловались соседи из-за шума.