– Это было бы неразумно, – ответил Пэри. – Согласно огрианскому закону, вызовы оракула не обсуждаются. И как шотетские диссиденты, вы обязаны подчиняться нашим высшим законам. В противном случае вы подвергнете риску свой статус беженца.
Кайра глянула на Акоса.
– Оракулы… – сказал он, пожав плечами.
Больше сказать ему было нечего.
Внутри корабль выглядел просто поразительно.
Акос никогда не видел подобного и даже не думал, что корабль может быть настолько «живым». Каркас был из металла, но повсюду росли растения – за стеклом и без стекла. Он увидел пару экземпляров, о которых рассказывала Зенка. Но до этого момента Акос видел их только засушенными, измельченными либо на рисунках. Одно из растений имело форму идеального шара, но лишь до тех пор, пока не раскрывались его толстые зазубренные лепестки, обнажая те самые зубчики, которые Акос учился перетирать в порошок. Когда Акос проходил мимо, цветок щелкнул зубами.
Сизи подошла к другому растению – цветущей лозе, что обвивала опорную балку корабля. Ее словно потянуло магнитом. Темно-зеленый усик потянулся к пальцу Сизи и аккуратно обвился вокруг него. Акос бросился к сестре и ударил по растению, чтобы оно отстало.
– Сперва они могут казаться дружелюбными, а затем становятся свирепыми, – поучал Акос сестру. – Но если ты не обращаешь на них внимания, они обычно ничего не делают.
– Прямо все растения здесь норовят убить тебя? – спросила Сизи.
– Почти все. Некоторые хотят подружиться с тобой, чтобы ты защищал их от сородичей.
– Вы увидите, что на Огре практически нет зверей, – бросил Пэри, проходя мимо них. – Все потому, что фауна слишком развита. Здесь большое разнообразие насекомых. Они помогают растениям размножаться. Но из теплокровных чудищ мы единственные, кто ходит по этой планете.
Пэри уселся в капитанское кресло. Насколько Акос мог видеть, второго пилота не было. Только Пэри и набор кнопок, рычагов и переключателей. Место рядом с ним решила занять Исса. Фюзеляж в носовой части был достаточно просторным, чтобы вместить их всех на многоместных нераздельных сиденьях, оснащенных ремнями безопасности. Учитывая то, что Акос знал о жажде планеты к сопротивлению, он подумал, что для защиты необходимо что-то посерьезнее нескольких ремней. Но его мнение никого не интересовало.
– А оракул не объяснила, зачем ей понадобилось, чтобы нас притащили? – пристегиваясь, проворчала Кайра.
Она разобралась со своими ремнями и неосознанно, как показалось Акосу, потянулась, чтобы помочь Сизи. Акос уселся по другую сторону от Кайры – на крайнее сиденье в блоке.
– С такими вопросами не ко мне, – ответил Пэри.
– Оракул не слишком… – Исса запнулась, подбирая слово на отирианском. – Как сказать «прямолинейная»? – спросила она на шотетском.
Для Сизи Акос повторил слово на отирианском.
– Оракулы не отвечают на подобные вопросы, – вступилась за «коллегу» Сифа. – У нас всего один долг – защищать галактику. Беспокоиться о несущественной информации, которую другие находят существенной, – не наша забота.
– О, а несущественная информация – это что-то вроде «Младший сынок, завтра тебя похитят»? – огрызнулась Кайра. – Или «Исэй Бенезит убьет твоего брата, Кайра, возможно, ты хочешь с ним помириться?»
Акос вцепился в ногу, пытаясь сдержаться. Ему хотелось попросить Кайру не использовать его боль против своей матери. В то же время Акосу хотелось сказать матери, что Кайра права. Но он чувствовал, насколько это бессмысленно и безнадежно, и сдался, даже не попробовав.
– Ты узнаешь ответ на свой вопрос уже сегодня, а требуешь его от огрианского оракула немедленно, – возмутилась Сифа. – Ты злишься, что тебе не говорят то, что ты хочешь знать тогда, когда ты хочешь. Должно быть, ты разочаруешься в жизни, если узнаешь, что она не обязана удовлетворять твои потребности по первому требованию!
Кайра залилась смехом.
– Ваша взяла. Она и впрямь меня разочаровывает.
Кайра стала вести себя так после нападения на побывочный корабль. Всегда готова к бою. Не важно, с кем и в какой форме будет происходить сражение. Кайра всегда была колючей, и Акосу это нравилось. Но сейчас она была другой. Она будто бросалась на стену в надежде, что однажды об нее убьется.
– Тишина на палубе! – скомандовал Пэри. – Невозможно сосредоточиться из-за вашей перебранки!
Исса присоединилась к «танцам с бубном» по подготовке корабля к взлету. Наблюдая за Пэри и Иссой, Акос понял, что они уже проделывали это вместе сотню раз. Их руки скрещены. Светлая и веснушчатая на фоне темного и безупречного. Держатся на расстоянии, чтобы не попадать друг другу под руки, – признак близости.