— Позвольте мне, — предложил свои услуги Прохор. Похоже было, что он боится, как бы не послали другого.
— Больше желающих нет?
Таких не оказалось.
— Езжайте. — Корнет величественно махнул рукой.
— А я съезжу в Олекминский округ! — бухнул Федорка и встал.
— Зачем так далеко? — Коробейников поморщился. — Сперва поднимем близлежащие улусы.
Филиппов поддержал Федорку:
— Пусть съездит, коли уверен в успехе. Надо везде заручиться.
В тот же день гонцы «повстанцев» отправились в путь.
Первым возвратился Филиппов. Его окружили жадные до новостей офицеры:
— Ну, как съездили?
То, что сообщил нельканский торговец, обрадовало господ офицеров: Юсуп Галибаров согласился выступить во главе восстания двух улусов. Он уже окружил себя надежными людьми и ждет поддержки извне. В течение пятнадцати дней отряд Галибарова разделается у себя с коммунистами и ревкомовцами и присоединится к повстанческой армии.
Хорошие вести принес и Куликовский. Он лично встретился с богачами Оросиным и Афанасьевым, которые уверили, что в Амгинском, Таттинском, Баягантайском и Ботурусском улусах в ближайшие дни будет свергнута Советская власть.
Офицеры, засидевшиеся в Нелькане, приободренные, развернули кипучую деятельность. Спешно сформировали три армии. Каждая называлась по имени своего предводителя: «Армия Коробейникова», «Армия Канина», «Армия Толстоухова». Кроме того, Коробейников был назначен главнокомандующим всеми повстанческими вооруженными силами Якутской области — по совместительству. И хотя в каждой армии насчитывалось всего по сто воинов, вооруженных берданками и дробовиками, Коробейников запретил называть банду отрядом. Армии!.. Три!.. Трепещите, большевики!..
Был назначен торжественный смотр армий. Эх, эти дробовики!.. Вместо них бы винтовки, пулеметы, пушки!..
После смотра Коробейников вызвал в штаб Куликовского и Филиппова.
— Господа, — сухо сказал он, — у нас есть армия… Три армии. Но нет оружия. Берданками и двухстволками большевиков не испугаешь.
— А где их взять, пушки да пулеметы? — прорвало Куликовского.
— В бою добыть, — вступил в разговор Филиппов.
— Нам стрелять нечем! Понимаете? — Главнокомандующий не церемонился с собеседниками. — На каждую берданку по два заряда. Ну, пукнем мы два раза большевикам в зад солью. А дальше что, я вас спрашиваю?
— Зачем солью? — До нельканского торговца не доходил юмор главнокомандующего. — Охотники на берегу речки Кавалькан из камня свинец плавят. Заставим на нас работать. Пусть льют пули!
— Пошли вы… со своими пулями! Нам нужно настоящее, современное вооружение!
— Придется закупить его, иных путей не вижу, — сказал Куликовский.
— Благодарю за совет, — с издевкой произнес Коробейников. — А на какие шиши, позвольте вас спросить?
— Вот господин Филиппов располагает пушниной. — Куликовский кивнул на соседа. — За пушнину все можно купить.
Слова эти резанули Прохора по сердцу:
— Пушнина, на которую вы намекаете, — моя собственность.
— Совершенно верно, Прохор Иванович, — инспектор прижал руки к груди, — ваша собственность. И у нас даже в мыслях нет, смею заверить, лишать вас законно принадлежащего вам имущества. Но в долг-то мы можем попросить? А потом в порядке контрибуции соберем для вас мехов сколько душе угодно. Все в наших руках! Или вы предпочитаете, чтобы вашим добром красные завладели?
— Нет, этого я как раз не желаю!
— Тогда в чем дело?
— Мы гарантируем, что все будет возвращено с процентами. — В голосе Коробейникова появились заискивающие нотки.
— Уговорили, — не совсем охотно согласился Прохор. — Но кто мне продаст оружие хотя бы даже за пушнину?
— Поезжайте в Охотск, дорогой Прохор Иванович, к есаулу Бочкареву, — посоветовал Куликовский. — У него целый склад оружия. Я в этом уверен. Да он за беличью шкурку себя продаст!
К исходу дня Филиппов был готов к путешествию. Навьючил пушниной десять оленей и в сопровождении охраны выехал в Аян. В Аяне задерживаться не стал. В тот же день погрузил людей и пушнину на катер и благополучно добрался до Охотска.
Бочкарев не продешевил, отпустил сто боевых винтовок, десять тысяч винтовочных и пять тысяч берданочных патронов и помог доставить все до места.
Встречали Филиппова в Нелькане торжественно и шумно, как героя. Тут же раздали воякам оружие и боеприпасы.