— Жизнь ужасная штука, верно? — спросил отрешённый голос справа.
Она резко повернулась. Эта Адель была всего лет семи, но она точно узнала в ней саму себя. Девочка со светящимися знаками на лбу улыбнулась.
— Да. Ты — это я. Я — это ты. Мы — начало и конец круга. Если круг вообще имеет начало и конец, — слишком серьёзно для своего возраста ответила девочка.
— Где я? Вернее, когда? — сквозь боль спросила Адель.
— Ты в моменте своего рождения. Я подумала, что проще будет тебе всё это показать. — Девочка пожала плечами.
Новый приступ видений и боли заставил внутренности сжаться.
— Кто я? — кое-как спросила Адель.
— А ты не чувствуешь? — Девочка хмыкнула.
Она попыталась сосредоточиться, но сознание постоянно уплывало. Адель находилась здесь и нигде одновременно. Как такое возможно? Внезапное осознание накатило волной.
— Я душа этого мира… — прошептала она, начиная понимать.
— Душа, автор, создатель. Называй как хочешь. От боли тебя это всё равно не избавит, — ответила девочка.
— Зачем я родилась? — с мучением в голосе спросила Адель.
— Я надеялась, что ты мне ответишь на этот вопрос. — Девочка задумчиво приложила палец к губе. — Может, тебе не хватает информации? Прости, но этот блокнот хранит только момент рождения и мои страдания в первые сто лет существования. Всё это время я лишь пыталась научиться жить с этой болью.
— Где остальное?
Перед глазами Адель начали появляться чёрные точки. Она поняла, что скоро потеряет сознание.
— Там. — Девочка указала пальцем на середину озера, из которого она вынырнула.
Больше сопротивляться боли Адель не смогла. Она упала на живот.
— Не переживай, твоя интуиция приведёт куда надо, а теперь поспи. Всё это — дела давно минувших дней и не имеют для тебя значения. Во всяком случае пока, — сказала девочка.
Чувства начали исчезать. Сначала зрение, за ним слух и способность говорить. Исчезли металлический вкус с языка и запах крови. Последним пропало осязание. Адель горела в собственной боли, но вскоре всё закончилось. Она очнулась на полу хижины в луже. Рядом лежала кучка пепла — всё, что осталось от блокнота. Сил что-либо обдумывать у неё не осталось. Она доползла до кровати, упала на неё и сразу уснула, радуясь отсутствию видений.
Глава 15
Дождь утром перестал идти, а одежда высохла. Они скромно позавтракали одной булочкой на двоих и продолжили путь. Адель то и дело возвращалась мыслями к блокноту, пытаясь понять, стоит ей попытаться разобраться в своём прошлом или же нет. Она уже убедилась в том, что не является человеком, однако это ничего не меняло. Её единственным желанием оставалась спокойная и стабильная жизнь с младшей сестрой. С каждым шагом к герцогству Шаркань настроение Снежки всё ухудшалось. Едва они прошли пару километров, как сестра кинула сумку на землю и уселась на неё.
— Раз ты не можешь начать этот разговор, то это сделаю я. Рассказывай, давай, всё, что знаешь, — серьёзно произнесла Снежка.
Адель остановилась и замялась. С одной стороны, ей действительно стоило посвятить сестру в происходящее, а с другой… Что если она сочтёт её чудовищем?
— Я сама толком ещё не разобралась, — издалека начала Адель неприятный разговор.
Все здравые мысли неожиданно покинули её голову. Она молча села рядом с сестрой и уставилась на землю. Снежка тяжело вздохнула.
— Брось, я уже поняла, что ты не человек, — словно они обсуждали погоду, сказала сестра.
Адель вздрогнула и посмотрела на неё. Снежка пожала плечами.
— Ты сказала, что этот мир постоянно тебе снился, но даже учитывая это, тебе слишком много про него известно. Ты даже про те взрывы знала и про то, что тебя всё равно выслушают. Для человека это ненормально.
Адель почувствовала, что у неё в горле встал ком. Откуда Снежка узнала про взрывы? Неужели их было даже из леса видно? Рядом защебетала птичка, радуясь солнечному утру. Какое-то время Адель делала вид, что внимательно слушает, а потом осторожно спросила:
— Ты меня теперь боишься?
— Шутишь? После смерти родителей ты стала единственным моим якорем. Ты не дала уплыть куда-нибудь в бездну отчаяния и безнадёги. А ещё полностью отказалась от своих желаний, стараясь поставить меня на ноги. С моей стороны будет чёрной неблагодарностью забыть об этом и оставить тебя в беде, — горячо произнесла Снежка.