Спустя пару мгновений две кареты устремились вверх. Вид проплывающих облаков в едва наступившей ночи его немного успокоил. Рен неожиданно хихикнул в кулак. Растус напрягся и посмотрел на младшего брата.
— Ты находишь эту ситуацию забавной? — негодующе проворчал он.
— Нет, конечно. Это всё совсем не смешно. — В противоположность своим словам Рен широко улыбнулся, сверкнув зелёными глазами.
Растус нахмурился и послал в него очень внимательный взгляд.
— Большую часть времени мне кажется, что мы с тобой и не родственники вовсе. У меня нет и части твоей уверенности в себе, чувства ответственности и оптимизма. Зато сейчас вижу, что мы очень похожи, когда дело касается тех, кто нам нравится. — Рен мягко взял руку своей жены в свою.
Растус опешил настолько сильно, что даже не сразу смог ответить.
— Она мне не нравится, — процедил он.
— Можешь отрицать это сколько хочешь, но я чётко вижу обратное. Твоя голова и сердце в конфронтации, и это очень тяжело выносить. Советую побыстрее разобраться в том, чего хочешь, и начать идти к цели, — серьёзно ответил Рен.
Растус нахмурился, готовясь защищаться. Брат пожал плечами, давая понять, что вступать в спор не намерен.
— Я мало понимаю драконью природу, но могу подтвердить лишь одно. Когда дракон влюбляется, то начинает вести себя как дурак, — со смехом заметила Мисти.
— Эй! Я ничего подобного не делал, — вскинулся Рен.
— О да, ты просто скрывал свою личность и постоянно следил за мной. — Мистрития послала мужу хитрый взгляд фиолетовых глаз.
— Так обстоятельства сложились, — покраснев от смущения, ответил Рен.
Мисти рассмеялась. Их небольшая перепалка привела Растуса в чувства. Он решил, что спорить с братом сейчас действительно не стоит. Да и он, по-честному, ведёт себя очень странно, когда дело касается Адель. Однако как можно влюбиться в того, кого видел-то всего пару раз мельком? Хотелось бы ему сказать, что здесь дело не касается подобных чувств, но не смог.
Он закрыл глаза и попытался представить Адель. Её довольно спортивную фигуру, короткие чёрные волосы, тёмно-карие бездонные глаза. Сердце отдалось болью и ускорившимся стуком. Он точно не равнодушен к ней. Вот только почему? Он никогда и ни к кому ничего подобного не испытывал, будто ждал всегда исключительно такую, как она. Чушь какая-то…
Его взгляд упал на запястье со знаком. Может ли всё это происходить из-за него? Вполне может быть. Тогда нужно просто развеять эти чары и… снова остаться в одиночестве в холодном замке. Чудесная перспектива. Растус открыл глаза, начав злиться на самого себя. Пришлось признать, что Рен прав. Ему надо как можно скорее разобраться в своих желаниях.
Карету тряхнуло. Они пошли на снижение. Растус выскочил из неё ещё до полной остановки. Шакрат ему обычно очень нравился. Эта страна сумасбродства шатала привычные устои и давала тот самый глоток живительного воздуха. Сейчас же он не взглянул ни на одно строение, кроме башни герцогской семьи. Он резво подошёл к ней и дёрнул за ручку. Стражник вывалился из проёма и с удивлением посмотрел на него с земли.
— Пароль? — пропищал он.
— Сгинь, — дыхнув дымом, отозвался Растус и вошёл внутрь.
— Шинаири! — рявкнул он, позволив голосу эхом отскочить от стен.
— Простите, — пропищала сзади Нора, которая, проходя мимо стражника, наступила ему на руку.
Он в ответ даже не шелохнулся на полу, с ужасом и благоговением смотря на короля драконов.
— Шинаири! — повторил Растус.
В ответ снова прозвучала тишина. Его терпение закончилось.
— ШИНАИРИ! — прорычал он с такой силой, что люстра зашаталась.
— Иду-иду. Чего ж так кричать? — в проёме появился герцог Шакрата в своей любимой шубе с перьями.
Его манера речи выдала в нём самую адекватную личность — Ири.
— Тут на днях должны были появиться две странные девушки. Ты их видел? — раздражённо спросил Растус.
— Смотря что ты имеешь в виду под словом «странные». — Ири пожал плечами.
Растус снова начал злиться. Зрачки у него сузились, а на лице появилась чёрная чешуя. Ири побледнел и попятился.
— Я ничего не видел, но слышал, что Шикару приводил сюда гостей. — Герцог активно замахал руками, прося слуг привести сына.
Они заспешили, но даже покинуть холл не успели. Шикару вышел к ним сам, сонно потирая глаза.
— Что у вас здесь случилось? — спросил он, затем заметил состояние короля Дракадриата и в миг проснулся.