— Будто ты бы на подобное не согласился, — с усмешкой произнёс Рен.
— Если бы мне предложили, то меня бы здесь уже не было, — прямолинейно ответил Ка. — Ты, кстати, не собираешься поделиться личностью своей возлюбленной?
Рен сделал вид, что ничего не понимает:
— Ты о чём?
— Чувак, я знаю, что такое любовная хандра. — Ка покачал головой.
От ответа Рена спасла директриса. Она вышла на помост, и в столовой сразу стало тихо.
— Приветствую вас, дорогие ученики. Ваше обучение в академии Айфель подходит к середине. Меня радуют успехи большинства обучающихся. Отстающих прошу уделить больше времени занятиям. Впрочем, я сегодня хотела поговорить не про учебу. Каждый год на праздник Солнцестояния академия принимает гостей, и этот год не станет исключением. Вашим родным и близким уже были отправлены приглашения. Первые гости начнут прибывать завтра. По такому случаю уроки до конца праздника отменены. Желаю вам всем хорошо повеселиться, — громко произнесла директриса и покинула помост.
Атриум будто взорвался от голосов, обсуждающих приятную новость. Даже Рен не смог сдержать довольной улыбки. Он ужасно соскучился по Растусу и родителям. Когда же он перевёл взгляд на Мисти, его энтузиазм угас. Она в упор смотрела на него, и Рен мог поклясться, что услышал то, о чём она думает. Встреча под одной крышей драконов и менехуне, по её мнению, не приведёт ни к чему хорошему.
Утро следующего дня для Рена началось с сильным грохотом. Дверь в их комнату открылась, и ворвался визжащий вихрь. Рен подскочил и непонимающе уставился на почти одинаковых по внешнему виду детей, что облепили Гина.
— Груви, Гасти, Глатия, Гюрви, — с радостной улыбкой пересчитал их сонный Гин. — Как я рад вас видеть. Гюрви, ты так вырос, тебе точно ещё пять? Груви, отличная стрижка. Гасти, опять подрался? Это что за синяк под глазом? Глатия, ты такая красивая в этом платье. Прям настоящий цветочек.
Дети начали что-то говорить наперебой на непонятном языке. Рен заткнул себе уши. Как Гин их только понимает?
— Ну-ка, отпустите брата. Ему нужно одеться, — раздался громкий голос от двери.
В комнату вошли пузатый мохнатый гримм низкого роста и высокая тощая женщина той же расы с огромной копной каштановых волос. Узнать в них королевскую чету оказалось сложно. Очень уж они простолюдинов напоминали. Рен постарался припомнить, каким по счёту братом являлся отец Гина нынешнему правителю, но не смог.
— Мама, папа! — воскликнул Гин, вскочил на ноги и обнял их.
— Мы тоже рады тебя видеть, сынок, — с сильным акцентом сказала женщина.
Дальше их диалог пошёл на гриммвиле, которого Рен не знал. Ему отчаянно хотелось завалиться поспать, но дети шумели слишком сильно. Один из них уже потянул руки к шкафу Рена, в котором он хранил скрипку. Рен тут же подорвался и схватил его за руку.
— Туда нельзя, — серьёзно сказал он.
Мальчишка с голубыми глазами тут же разразился слезами. Рен быстро его отпустил.
— Гюрви, — произнесла женщина и подошла к сыну.
— Простите, я не хотел… — Рен растерялся.
— Всё в порядке. Дети часто плачут по пустякам, — дружелюбно сказал мужчина и перевёл строгий взгляд на мальчика. — Ты не должен был копаться в чужих вещах. Извинись.
— Простите, — тихо прошептал Гюрви.
Мужчина удовлетворённо кивнул, снова посмотрел на Рена и чуть в сторону не отпрыгнул.
— Извините, я вас не сразу узнал. Меня зовут Гистирин Гирмиан, а это моя жена Галатерис, — промямлил он.
— Я Рикрен Дракадриат, — сухо представился Рен.
— А я — Шикару Шакрат, — добавил Ка, подойдя ближе.
Его тоже разбудило присутствие посторонних.
— Сейчас скорее Ка, — произнёс другой голос у двери.
Мужчина в солнцезащитных очках и огромной шубе ввалился внутрь.
— О, батя. Не думал, что придёшь, — как ни в чем не бывало сказал Ка.
— И пропустить возможность увидеть тебя, солнце? — Мужчина подошёл к Ка и ухватил его за щеку. — Смотрю, хорошо питаешься. Щёчки меньше не становятся.
— Ой, ай… Отпусти. — Ка начал извиваться.
— Вот ещё, дитя непослушное. Говори сразу, где накосячил, — серьёзно попросил взрослый шаркань.
— Нигде. — Ка, наконец, освободился и болезненно потер щеку.
— Может, тебе зеркало подать? — тихо спросил у него Рен.
— Не надо. Ири из Шинаири самый адекватный, — прошептал Ка.
Комната окончательно превратилась в дурдом. Рен схватил свои вещи, перепрятал скрипку повыше, оделся и вышел на улицу. Сегодня даже снег пошёл. Интересно, а его семья когда приедет? Они точно не упустят возможность его увидеть. В Рена прилетел снежок, ударив его по макушке. Холодный снег упал за шиворот, заставив его подскочить. Сзади раздался знакомый смех.