— Ч-что ещё? — тихо спросила Дихена.
— Они приняли решение. Триху принесут в жертву, — промямлила Миха.
Ноги у Дихены окончательно подкосились. Ксайден помог ей сесть на стул. Юми в упор посмотрела на смуглую и черноволосую, как и все ювха, Миху.
— Где сейчас Триха? — уверенно спросила она.
— В-в замке, — чуть слышно ответила Миха.
Юми, не думая ни секунды, сорвалась с места.
— Что ты собираешься сделать? — спросил догнавший её Феликс.
— А так непонятно? Надо забрать Триху, пока эти тупицы ничего не испортили окончательно, — заявила Юми.
Феликс вздохнул.
— Как раз эта часть мне вполне понятна, а вот вторая — в потёмках. Как ты заберёшь девочку, если они уже приняли решение? Да и что потом? Думаешь, они просто позволят ей здесь пожить до семи лет? — едко уточнил он.
— Если понадобится — применим силу, — грубо отозвался Ксайден, оказавшийся по правую руку от Юми.
— Ну уж нет. Я не буду с кем-либо драться. Репутация оракулов и так плоха, а если вступим в физический конфликт, может разразиться война, — хмуро высказался Феликс.
Ксайден открыл рот, чтобы возразить, но Юми его прервала:
— Никто драться не будет. Они сами нам её отдадут. Выведем Триху за пределы Хайтрии — и поминай как звали!
Оба парня недоумённо на неё посмотрели. Юми закатила глаза.
— Мужчины, вы хоть что-то умеете решать хитростью, а не кулаками? — Юми ускорила шаг.
Феликс и Ксайден пытались не отстать от неё, пока она шла по узким улочкам города. Косые деревянные дома были не прочь поскорее развалиться. Юми вообще не понимала, как они ещё умудрялись стоять. С тех пор как она родилась, новые дома никто не строил. Виноградники Хайтрии приносили слишком мало прибыли, да и большая её часть оседала в карманах Хитери.
Ювха, только завидев оракулов, прятались и зашторивали окна. Юми прикусила губу от раздражения. Можно подумать, они с Феликсом чем-то крайне заразным больны. Через пятнадцать минут впереди замаячил серый замок с почти плоской крышей и забором, напоминающим переплетённых змей. Юми вздохнула. Это строение никогда её не впечатляло, зато у их довольно близких родственников вуивр, что правили Вайлсом, замок представлял собой настоящее произведение искусства. Его высокие шпили напоминали клыки и располагались так, что образовывали змеиную пасть. Вот бы хоть раз не на картинках увидеть… Юми резко остановилась и повернулась к парням.
— Стойте рядом и молчите. Поняли? — с угрозой в голосе приказала она.
Феликс и Ксайден переглянулись, но послушались. Юми натянула на лицо самое таинственное выражение, какое только смогла, и пошла прямо к главным воротам. Стража напряглась, но перед ней никто так и не встал. Вот и польза от бытия оракула. Их обычно пускали всегда и везде. Юми зашла внутрь и остановилась между двумя зелёными гобеленами, совершенно не понимая, где находится тронный зал.
«Вот почему, когда Писателям надо, ноги несут сами, а по своей воле надо тридцать три препятствия до цели преодолеть?» — негодующе подумала она.
Окно справа скрипнуло. Юми кисло улыбнулась и направилась в ту сторону, решив положиться на случай. Она преодолела пару поворотов и вышла к большим дверям, которые, судя по масштабу, вели в тронный зал. Стражники по бокам так сильно сжали копья, что их пальцы побелели. Юми выразительно на них посмотрела. Мужчины переглянулись. Та указала взглядом на дверь. Один из них понял, чего она хочет, и нехотя открыл её.
Весёлый голос маркиза оборвался на полуслове. Молодая маркиза Хазетт вскочила с трона. Придворные, что развлекали их, попятились. Время будто застыло. Юми быстро вошла и остановилась прямо под огромной люстрой с множеством огненных камней, которые всё равно не справлялись с освещением такого большого помещения. Она подняла взгляд и посмотрела прямо на Хитери. Тот заёрзал на троне.
— Судьба велит, а голос мой пророчит. Вы Триху Корникс отдадите. Ммм… — Юми замялась, пытаясь подобрать рифму. — Тогда судьбу переубедите!
Феликс за её спиной фыркнул от смеха. Юми смутилась. Да, рифмоплёт из неё тот ещё. Хитери и Хазетт переглянулись.
— Но мы уже приняли решение, что… — начал король, а потом поймал холодный и хмурый взгляд Юми. — Ладно, приведите сюда это создание.
Стражники тут же исчезли за дверью. Воцарилась оглушающая тишина. Маркиз упорно старался не смотреть на них. Юми ощутила мрачное удовлетворение. Теперь они не могли игнорировать её так же, как делали это всю её сознательную жизнь. Интересно, если она вдруг сходит к тем, кто её зачал, они тоже больше не станут относиться к ней как к пустому месту? Впрочем, это совсем не важно. Скучать по родителям Юми перестала, когда ей исполнилось пять.