— Рен? — Растус щёлкнул пальцами у его носа, заставив выплыть из своих мыслей.
— Чего? — раздражённо проворчал он, но вспомнил, где находится, выдавил улыбку и поправился: — Что-то случилось, брат?
— Леди интересуются, будешь ли ты танцевать сегодня? — официально спросил Растус.
Рен оглядел пышно украшенный тронный зал с лентами и цветами. Посреди него стояли девушки разных рас, разодетые в пух и прах. У одной из них с заострёнными ушами платье представляло собой подобие шапито для цирка, а другую за перьями даже разглядеть толком не представлялось возможным, зато её противное хихиканье было отлично слышно. Рен сдержал порыв поморщиться и перевёл взгляд на Растуса.
— «Я не собираюсь отдуваться за двоих», — беззвучно произнёс брат, продолжая дружелюбно улыбаться.
— «Я не просил устраивать праздник», — с таким же выражением лица и так же тихо ответил Рен. — «Как они вообще так быстро собрались?»
— Рикрен желает потанцевать с вами, но он очень смущается, — сказал Растус, повернувшись к девушкам.
Маска на лице Рена дрогнула.
— «Я тебе это припомню», — злобно прошептал он, поднимаясь на ноги.
— «Так боюсь, что аж ноги трясутся». — Растус действительно дрожал, но только от едва сдерживаемого смеха. — «Иди исполнять долг принца».
Рен кинул на брата ещё один недовольный взгляд, потом заметил, что на них с одобрением смотрят родители, и понял — это семейный заговор. Что ж, если они хотят его смерти, он им её предоставит.
Он спустился вниз по лестнице и оказался схвачен одной из парацельс с розовыми волосами, которая чуть ли не локтями растолкала соперниц. Рен подавил желание попятиться.
— Ваше высочество, такая честь танцевать с вами. — Она усиленно захлопала ресницами, а её полупрозрачные крылья на спине задрожали от предвкушения.
Рен сглотнул и протянул ей руку. Она вцепилась в него намертво и начала без умолку болтать. Рен мысленно считал шаги. Раз, два, поворот. Раз, два, три, пируэт. Ещё четыре повторения, и он вырвется на волю. Главное — танцевать в сторону балкона. Последний поклон он отвесил ей почти у свода штор.
— …и это так забавно. Менехуне же не думали, что кто-то придёт к ним, когда всех пригласили драконы? — продолжила щебетать парацельсе.
Рен вздрогнул. До этого он не прислушивался к тому, что она говорила. Даже имя её не расслышал и почувствовал, что отчаянно краснеет от стыда. Неужели из-за них никто не пришёл на день рождения Мистритии?
— Простите, мне нужно подышать воздухом, — сказал он чистую правду, прерывая поток её слов.
— О, я могла бы составить вам компанию, ведь…
— Прошу прощения, но я пойду один, — чуть более грубо, чем требовалось, произнёс он.
Фея замерла, и он воспользовался её замешательством. Рен выскользнул на балкон и сразу слез с него по выпуклой кладке справа. Воротник начал душить его, и Рен расстегнул его. Солнце ярко светило и уже подходило к полудню. Обычно приёмы устраивали вечером, а звать кого-то утром считалось плохим тоном, но драконы редко слушали, что им говорят.
Мысли Рена снова начали уплывать. С одной стороны, он хотел отправиться в академию Айфель — там можно попытаться найти средства сдерживания Внутреннего Дракона, а здесь Рен находил только книги по усилению. С другой стороны, как ему посмотреть там в глаза Мистритии? Семья уверяла Рена в том, что он в этой ситуации не виноват и, скорее всего, именно менехуне нанесут ему вред. Верилось слабо. Вот что он будет делать, если она придёт лично умолять оставить Майнхен в покое? Пока он уверен только в одном — со стыда сквозь землю точно провалится.
В тронный зал возвращаться не хотелось, поэтому он окольными путями пошёл в свою комнату, заглянув по пути в конюшни. Пегасы заметили его быстрее смотрителя.
— Подготовь карету. Я желаю отправиться в Айфель в течение часа, — серьёзно сказал он, заставив худощавого мужчину вздрогнуть и обернуться.
— К-конечно, — пробормотал смотритель.
Рен вернулся в комнату, переоделся в более свободную рубашку со штанами и решил ещё раз проверить содержание чемоданов, которые собрала прислуга.
— Сменные вещи, которые я не ненавижу, на месте. Ужасного вида костюм тоже. А это что? Плакат Дракадриата? Пожалуй, оставлю дома. Главное — не забыть взять… Да где же она? — бормотал он себе под нос.
— Скрипка в футляре у окна, — произнёс сзади мягкий голос, от которого сердце Рена на миг остановилось.