— Тогда я тоже подарки приготовлю, — доставая пакет с сувенирами из Сигишоара.
Порывшись в нем, вспомнила и о покупках в антивампирском магазинчике. Вытянув небольшой желтенький цветочек из пучка, провела им по руке Влада. Он отдернул руку и вопросительно посмотрел на меня.
— Что это было?
— Больно? — с интересом спросила я.
— Больно. Как огнем обожгло. Я так понимаю, ты на мне свои Ван Хельсинские эксперименты проводить собралась? — обиделся вампир.
— Немножечко. Можно еще пару трав испробовать? Пожалуйста, — сделав невинную мордашку, захлопала глазками я. Мужчина вздохнул и протянул руку.
— Давай, ставь свои эксперименты, но знай, расплата близка.
Я радостно улыбнулась, вытягивая травинку волчьего аконита.
— Больно? — Он отрицательно покачал головой.
Эффект ожогов оставили зверобой, чертополох и полынь. По словам вампира, самым болючим оказался желтенький цветочек — зверобой. Сделав для себя пометку больше разузнать о травах, я достала деревянные палочки, не представляя, что с ними делать, крутила в руках. Они были чуть больше зубочисток, с острыми концами, мини-колышки. Видимо, ничего умнее мне в голову не пришло, чем вонзить этот колышек ему в грудь.
— Валерия! — зарычал он, вырвав палочку из груди и бросив на пол. Дочка, наблюдавшая за нами, вскочила со слезами, оттолкнула меня от Влада с такой силой, что я, потеряв равновесие, приземлилась на пол. Вцепившись в отца, она истерически рыдала.
— Мамочка, не убивай папу!
Я сидела на полу и приходила в себя.
— Валерия, колья — это слишком, — успокаивая плачущую дочь, сказал он, — ну, мое солнышко, не плачь, маленькая, мама не хотела убивать, просто заигралась.
Тут заревела я, Влад удивленно обернулся и растерянно уставился на меня. Продолжая успокаивать дочь, он со вздохом поднял с пола меня. Прижавшись к любимому, понимая, что наделала, я заревела еще громче.
— Еще одна маленькая девочка плачет. Виновата, ага, ох, и поплатишься за это. Лер, ну хватит реветь, поняла, что не права, и ладно.
— Я… Я же могла убить тебя, — от этой мысли холодела кровь.
— Бегом в душ, успокойся, приведи себя в порядок. Расстраиваешь тут меня и ребенка своими слезами, — подтолкнул меня Влад.
Схвативши пакеты, шмыгая носом, я ушла в ванную.
— Зачем мама взяла пакеты? — удивилась дочь.
— Наверное, подарки от нас прячет, — шутя, ответил дочке он.
Закрывшись в ванной, немного успокоившись, я достала браслет, книгу, расставила свечи. Положив браслет между ладоней, сосредоточившись, представив, как это украшение оберегает моего любимого от всяческих колдовских штучек, я трижды прочла заклинание. От ладоней начало исходить знакомое голубое свечение, немного приоткрыв руки, посмотрела на браслет, он как будто впитывал это свечение. Глаза волка загорелись хищным красным огнем и погасли. Сложив все обратно в пакет, залезла в душ.
— Мам? — удивилась я, вернувшись в комнату.
— Привет, дорогая, — она сидела и заплетала волосы Марго в красивую косу, — мы приехали пораньше, вам помочь. Заплету Маргошу, и пойдем вниз. Что это за палки в крови? — удивленно подняла бровь она.
— Мамочка заигралась и хотела убить папу, — пожаловалась девочка бабушке.
— Валерия!
— Еще раз на меня крикните, и я заплачу, — срывающимся голосом пригрозила я.
Мама молча покачала головой, Влад усмехнулся — весомый аргумент.
Переодев малышку в красивое розовое платье, мама повела ее вниз, к нетерпеливо ожидающему дедушке.
— Тигренок, ты сильно обиделся? — жалобно протянула я, запирая двери на замок.
— Хочешь извиниться? Оставь это на ночь, исправляться будешь долго и тщательно.
— Я хочу подарок подарить, сейчас, — протянула ему коробочку.
Он открыл и с интересом рассматривал браслет.
— Интересная штуковина, мне нравится, — улыбнулся он, одевая на руку браслет.
— Ко скольки гости придут?
— К семи, но в половину мы начинаем накрывать на стол, — решая, что одеть, ответила на вопрос я.
— Итого час десять до общих сборов. Наденешь это платье и эти туфли, — извлекая из шкафа серое платье и туфли, распорядился он, — сейчас удели мне полчасика, — развязывая халат, прошептал он.
В камине весело потрескивал огонь, елка переливалась всеми цветами радуги, негромко играла музыка. Гостей было много, за столом стало шумно и весело, все непринужденно болтали, шутили, вспоминали смешные случаи из прошлого, звучали красивые тосты. Все искренне улыбались и были счастливы, праздник удался во всех смыслах. К началу второго ночи, гости стали расходиться. Вроде пила я немного, но разобрало меня здорово.
— Я просил не пить? — недовольно покачал головой Влад и демонстративно удалился к мужчинам.
Убрав все, мы сидели на кухне.
— Давайте выпьем за нас чисто в женском коллективе, — помахивая бутылкой шампанского, предложила Саша, — и я вам покажу свой костюм Снегурочки.
Мы дружно согласились, расправившись с шампанским за считанные минуты, отправились смотреть костюм, который вогнал в краску Ингу, а мы с мамой оценили, хихикнув, как Игорь обрадуется, увидев такую Снегурочку в своей постели. Маргоша спала на диванчике среди кучи подарков, на мою попытку отнести ее в комнату мама запротестовала, сказав, что они заберут девочку до нового года.
— Милая, пойди папу позови, скажи, что я его жду. Они в кабинете с братьями.
— Ага, — пошатываясь, я пошла к кабинету, последний бокал шампанского был явно лишним. Сделав невинное личико, не менее невинным голоском позвала, — тигренок, ты тут?
Влад сидел за столом и еле сдерживал смех. В кабинете помимо него и отца были Олег, Игорь и Валарик. Которые, глядя на меня, улыбались.
— О, вы все тут. Ничего, если я присяду? — обратилась я к отцу, пытаясь пристроиться на край кресла. Тут меня пошатнуло и я растянулась у него на руках, — папуличка, — растянулась я в улыбке.
Он со смехом поднял меня, но я, не в состоянии стоять, плюхнулась ему на колени.
— Папочка любименький, — крепко обняла отца, поцеловав в щеку.
— Детка, полчаса назад ты гораздо трезвее была, — смеялся он.
— А он меня наругал, — махнула я рукой в сторону взявшегося за голову Влада, — потом Саша предложила выпить за нас, мы выпили, и стало так хорошооо.
— Лер, Инга такая же? — перебил меня Олег.
— И Инга и Саша, одна мама огурчик. Кстати, Игорь, костюм Снегурочки отпад.
Глаза мужчины сверкнули.
— Понял. Все, братцы, с вами хорошо, но меня Снегурочка заждалась, — поднялся с кресла он.
— И тебя не смущает, что она пьянющая? — спросил Владимир, поглядывая на меня.
— Братишка, пьяная жена не всегда плохо, — подмигнул он и исчез.
— Вот. Золотые слова, — поддакнула я вслед уходящему Игорю.
— Валерия, иди спать, — приказным тоном обратился ко мне Влад.
— Видишь, пап, приказывает, обиделся, — надула губы я.
— Подумаешь, выпила, переверни, тьфу, перенервничала вот. Я же его чуть не убила, я так испугалась и плакалааа.
— Мать моя женщина, — закатил глаза Владимир, — зубочистку в меня вонзила, больше реву было. Хотя, по правде больновато, — коротко объяснил непонимающим братьям он.
— О. Рик. Дай руку, — обратилась я к оборотню.
— И меня зубочистками тыкать будешь? — усмехнулся он.
— Не, травку попробовать, — помахала я веточкой, извлеченной из сумочки. Он пожал плечами и протянул руку.
— Ай, блядь! — ругнувшись, Валарик отдернул руку, — Лерка, ты что сделала? Печет, как кусок железа приложили, — нахмурившись, он рассматривал рану.
— Это волчий аконит, травка опасная для оборотней, а это зверобой, он вам всем опасен, — в доказательство тыкнула каждого травинкой.
Мужчины молча терпели, пока я закончу.
— И так, что мы имеем? Доморощенного Ван Хельсинга, пытающегося нас покалечить, — подвел итог Рик, периодически дуя на рану.
— Неправда, я вас всех люблю, просто травки проверяла, чтоб наверняка, — обиделась я.