— Правда? — Лида снова почувствовала улыбку в голосе Лизы.
— Я тебе обещаю. — сказала она, а потом добавила то, что не решалась сказать столько месяцев. — Девочка моя, я тебя очень люблю. Слышишь?
— Я тоже тебя люблю. — отозвалась Лиза.
Лида положила трубку. После разговора с девочкой, у нее словно камень с души упал. Ведь она не разговаривала с ней ровно с того момента, как Лиза сбежала из дома. Лида даже не знала, сможет ли девочка доверится ей второй раз. Но как оказалось, она не только поверила, а ещё и искренне полюбила Лиду как родную маму.
Женщина загадочно улыбалась, вертя в руках телефон, пока в её палату не вошла Анна.
— Аня, я хочу домой. — заявила Лидия, как только ее сестра показалась в дверях. — Когда ты меня выпустишь отсюда?
— Когда буду спокойна за твоё здоровье. — строго ответила Анна и приказала Лиде оголить живот. Женщина подняла подол сорочки наверх, чтобы Анна могла послушать сердце ребёнка.
— Живой? — спросила Лида.
— Все хорошо. — сказала Анна. — Перестань себя накручивать.
— Моя паранойя иногда за рамки выходит. Я все время боюсь, что эта беременность тоже не сохраниться. — поделилась своими переживаниями Лида.
— Не надо об этом думать. Чем больше ты будешь переживать, тем больше вероятность, что и этого ребёнка ты потеряешь. Ты же искусственно начинаешь притягивать несчастье. — объяснила сестра. — Представляй лучше, как ты малыша на руки будешь брать, как кормить его будешь, выбирай ему кроватку, коляску, вещички. Ты кого хочешь?
— Все равно, Ань, главное, чтобы родился. — ответила Лида, поглаживая свой округлившийся живот.
— Тогда выбирай все вещи нейтрального цвета. — улыбнулась Анна. — Чтобы они подходили и для мальчика, и для девочки.
Лида не разделила оптимизма сестры. Она глубоко вздохнула и грустно произнесла:
— Вот так все купишь, обставишь, оплетешь паутиной предвосхищения, а потом… — не договорила она.
— Я запрещаю тебе так думать. — отругала её Анна. — Мы с тобой прямо сейчас сядем и будем выбирать ляльке кроватку.
— Аня, не надо. — недовольно нахмурила брови Лида.
— Не спорь.
Анна достала телефон, зашла на один из маректплейсов и пристроилась рядом с Лидой на кровати. Они сидели рядышком, обсуждали кроватки, одежду, Анна рассказала, с какими трудностями сталкивалась сама с рождением дочери. Она давала сестре советы, как грамотно подготовиться к появлению малыша и чем обязательно надо обеспечить его и себя. Они провели чудные полдня вместе, разговаривали, обменивались родственных теплом, которого им так не хватало много лет, пока Анну не потребовала работа.
Женщина спустилась в приемное отделение, прошла мимо Владимира и Андрея, которые ожидали пациента, направившись прямиком в свой кабинет.
В подъезде показалась карета скорой помощи. Из машины вышел врач, ведя под руку мужчину в голубой рубахе и черных брюках с разбитым носом, а следом за ними шла светловолосая женщина а форме врача скорой.
— Заберите, его, пожалуйста. — сказала она врачам и передала бумаги Татьяне. — Ему нос разбили в клубе. Показаний для госпитализации никаких нет, но он запрыгнул к нам в машину и устроил истерику. По-моему он просто чем-то обкурился, если не обкололся.
— Это ж он. — шепотом сказала Татьяна Андрею. Мужчина пристально посмотрел на пациента. Его лицо действительно было знакомым. Он не запомнил в точности лицо мужчину, который устроил погром в приемном отделении три месяца назад. Однако, Татьяна верила своей памяти на сто процентов.
— Вы его знаете? — спросил Владимир коллег.
— Тот самый наркоман, который похозяйничал у нас некоторое время назад. — сказал Андрей.
Они посмотрели на мужчину, который сидел на скамейке с разбитым носом, корчил рожицы и смеялся сам над собой и над врачами.
— Опять обкололся? — громко спросил его Андрей.
Пациент высунул язык и издал громкий звук выдохнув через рот, а потом сам над этим посмеялся. Он находился под действием лёгких одурманивающих таблеток и всех окружающих видел как персонажей фантастического фильма.
— Тань, полицию вызывай, пускай забирают его отсюда. — обратился к ней Андрей.
— Погоди пока, мне надо с ним поговорить. — остановил ее Владимир. Он подошел к нему, к этому гаду, который избил и надругался над его женщиной. Владимир смотрел на него. Прошло так много времени с момента того ЧП в приемном отделении, а чувства были еще живы, потому что об изнасиловании Владимир узнал пару дней назад. Ненависть, желание отомстить, защитить свою женщину — эти чувства правили сейчас разумом мужчины.