Он пошел в кабинет к Анне. Сквозь вертикальные жалюзи пробовался тусклый свет от настольной лампы и мелькал образ уставшей женщины. Владимир робко постучал в дверь и приоткрыл ее.
— Прости, что беспокою. — остановился он в дверном проёме. — Лиза хочет увидеть Лиду. Позволишь на пять минут? Близким родственникам ведь можно.
— Идите. — откликнулась Анна, не открываясь от медкарт. Но Владимиру нужно было как-то выпроводить женщину из кабинета, чтобы заняться документами.
— Ты можешь сама с ней сходить? Я боюсь, что она начнёт задавать вопросы, на которые у меня не найдётся ответа.
— Ладно. — Анна положила ручку на стол, закрыла карты и вышла из кабинета. Владимир сделал вид, что идет за ней, но прошел только пару шагов. Когда женщина скрылась за поворотом, Владимир вернулся в ее кабинет и расположился за столом. Он открыл карту Лиды, нашел там протокол операции и осторожно вырезал лист из карты канцелярским ножом. Тоже самое он сделал с картой погибшей женщины. Затем Владимир взял новые листы протокола, и переписал все, меняя только информацию о детях.
После он осторожно вклеил листы в карты, положил их так, как оставляла Анна, и вышел из кабинета, оглядываясь, нет ли кого-то, кто его видел. Проходя мимо реанимации, мужчина заметил, как Лиза сидит рядом с Лидой и о чем-то спрашивает Анну. Женщина была с ней не так многословна. Она либо качала головой, либо пожимала плечами.
Неожиданно раздался хлопок дверью. Владимир обернулся на звук и увидел, как из детской комнаты в кабинет Анны пробежала женщина. Раньше он никогда не видел эту сотрудницу. Скорее всего ее взяли на работу не так давно, и Владимир даже не мог предположить, кем она тут работала и по какому вопросу так торопилась к заведующей отделением. На всякий случай мужчина решил как можно скорее исчезнуть с этого этажа.
Он спустился в приемное отделение на пост регистратуры, чтобы узнать у Татьяны о состоянии всех поступивших пациентов. Женщина в этот момент разговаривала с высоким широкоплечим мужчиной, а потом совершила короткий звонок.
— Анна Аркадьевна, спуститесь в приемное, спрашивают по поводу Ромашовой. — сказала она по телефону.
Владимир озадаченно взглянул на Татьяну и незнакомого мужчину. Он пришёл узнать о той самой женщине, которая умерла в аварии, и ребёнка, которой Владимир только что записал на свою жену.
— Таня, я сам поговорю. — вызвался Владимир. Ему надо было как-то избавиться от родственника и сделать это быстрее, чем сюда спустится Анна.
— Ну подожди, там ситуация сложная. — в недоумении посмотрела на него Таня. — Может лучше Анна выйдет?
— Таня, я сам. — уверенно повторил он.
Владимир подошел к мужчине, сложив руки за спиной. Он до последнего верил, что родственники погибшей женщины не объявятся. Теперь перед ним стоял человек и смотрел на него глазами, полными надежды на хорошие новости.
— Кем вы приходитесь? — спросил Владимир.
— Я отец ребёнка Ангелины. — сказал он. — А что с ней? Она сильно пострадала?
Приятный мужчина, искренне переживающий за жизнь и здоровье женщины и ребёнка. Владимир не мог смотреть ему в глаза. Ему было стыдно перед ним за содеянное.
— Она погибла. — с печалью в голосе сообщил Владимир. — Примите мои соболезнования.
— Как же так… — растерянно проговорил мужчина. Он был потрясен новостью о смерти женщины. — А ребенок? — вопросительно посмотрел он на Владимира.
Заведующий отделением глубоко вздохнул и сказал то, что посчитал должным:
— Мне жаль, но нам никого не удалось спасти. Травмы были не совместимы с жизнью.
— Но все же так хорошо было… — шмыгая носом прошептал мужчина, и захотел поделиться с Владимиром своими переживаниями. — Она не хотела этого ребёнка, а я уговорил оставить. Обещал, что буду помогать ей финансово. Понимаете, я сам женат, и моя супруга детей не хочет. А тут небольшой роман и вдруг ребёнок.
Владимир сочувствовал его горю, и сам ни за что бы не хотел оказаться на его месте. Слушать историю жизни незнакомого мужчины и видеть его страдания из-за гибели близких людей он больше не мог.
— Еще раз примите наши соболезнования. — сказал Владимир и поспешил оставил мужчину. Он думал над своим поступком, уходя из приемного отделения, и пришёл к мнению, что этот мужчина вряд ли бы забрал ребёнка. Его супруга может оказаться категорически против воспитывать девочку, рожденную любовницей мужа. В своих мыслях мужчина нашёл утешение совершенному.