— Давайте мы доведем до конца сначала этот день. — предложил Владимир. — А потом спокойно все обсудим и подумаем насчет завтра.
Он хотел попытаться совместить в себе строгость начальника и нежность влюблённого мужчины. Он не знал, о чем будет говорить в Лидой вечером, даже не представлял, какой их двух путей ему придётся по итогу выбрать. Сегодня он либо оттолкнет её от себя, либо, жертвуя своим авторитетом начальника, приблизит и завоюет доверие.
В полной тишине они допили чай, думая каждый о своем. Лида о сестре и желании смыться из центра, а Владимир о Лидии и своем авторитете. Когда время подходило к началу второй части тренинга пара врачей поднялась обратно.
Лида положила вещи на стул и, предупредив Владимира, что отлучится буквально на пять минут, вышла из зала. Женщина прошла по узкому коридору на другой конец в уборную. Лида ополоснула лицо холодной водой несколько раз. Она пыталась найти в себе силы выдержать еще три часа занудного монолога оратора, чтобы потом отправиться домой. Уже неважно было, как отреагирует на это ее начальник. Невозможно было молча мириться с происходящим. Лида и так уже слишком много терпела в своей жизни.
— Надо уходить. — сказала Лида, глядя на себя в зеркало. — Уходить из больницы прямо сейчас.
Не для того Лида начала строить свою новую жизнь, чтобы продолжать страдать от встреч с прошлым. Пришлось признать, — начать все с чистого листа в первой клинической больнице у нее не получилось. Выходит, что и смысла оставаться работать тут больше не было. Ко всему прочему просто выбросить скелетов у нее не выйдет, нужно менять сам шкаф. Желание уволиться и переехать в другой город овладело Лидией. На другом конце страны, в большом городе, в коллективе, где её точно никто не знает, она действительно сможет начать жить заново, спокойно и без страха встретить случайно человека, предавшего её или которого предала она.
Женщина вышла из дамской комнаты и, проходя мимо двухстворчатых дверей, за которыми находился лестничный пролет, ее остановила сильная мужская рука. Лида испуганно обернулась.
— Ах, Лида, Лида. — загадочно протянул Леонид ее имя. — Иди-ка ты сюда. — он завел ее за дверь, чтобы никто из посторонних неожиданно их не заметил.
Нежно, но при этом крепко мужчина держал ее за предплечье. Лида начинала судорожно дышать от волнения и только сейчас, когда вокруг них никого не было, она посмотрела в лицо Шадрину. Хитрые, расчетливые и мерзкие глаза смотрели на неё, хрупкую женщину.
— Пусти меня. — спокойно попросила Лида.
— Я по тебе так скучал все эти годы. — тяжело дыша произнёс он. О, если бы не деловая встреча с администрацией центра, не куча посторонних лиц и не жена, он бы не задумываясь выпустил накопившуюся за эти пятнадцать лет страсть и вожделение.
— А я тебя даже не вспоминала. — ответила женщина.
— Да брось, это невозможно. — посмеялся над ней Леонид. — Невозможно, чтобы ты ни разу не вспоминала о нас с Анной. О том как эта наивная девочка когда-то выбрала меня, а не тебя и родителей.
— Гордишься этим? — с ненавистью спросила Лида. — Забрал у меня сестру и наслаждаешься.
— Безумно. — с удовольствием сказал мужчина. — Безумно наслаждаюсь тем, как ты страдаешь. Как жизнь возвращает тебе все бумерангом. А если бы ты тогда согласилась выйти за меня замуж, то мы бы жили с тобой без всяких проблем и потерь. Купалась бы в роскоши и достатке, как Аня сейчас. Был бы у тебя любящий и верный муж, дети, сестра. А ты осталась без ничего. И это так приятно.
Ей было больно. Ужасно больно слушать насмешки именно от него, человека, который так стремительно ворвался в её жизнь, а потом мгновенно забрал самое дорогое. Леонид около года ухаживал за Лидой, молодой и красивой студенткой медицинской академии. Она приглянулась ему на городской научной студенческой конференции. Шадрин умел красиво ухаживать за женщинами, делать дорогие подарки, но Лида строго держалась семейных правил и на первом месте у неё была только учёба. Она долго игнорировала ухаживания Леонида, отказывалась от цветов, украшений, поездок на море. И дело было не только в обучении, но и в разнице возраста. Был бы Леонид ее ровесником, она бы не отнеслась к его ухаживаниям так категорично. Тем более, что намерения его были достаточно серьёзными.