-Лошади нам зачем? – удивился я. – Ийес отнесет нас к Старой Башне гораздо быстрее!
-А что мы будем делать, если его ранят и он вернется в свой родной мир? – мрачно уточнил чародей. – Пешком добираться?
Пришлось мне признать его правоту. В бытностью мою Владыкой Темных земель, в случае исчезновения Ийессамбруа, я бы попросту призвал еще Сумеречных Тварей. Но Мельвир относился к идее их призыва крайне отрицательно. Ибо на Зов: «ребята, мне тут надо доехать кое-куда побыстрее», они, как правило, не являются. Они приходят на Зов: «Убей!»
Услышав наш разговор, Ийес пообещал, что постарается не исчезать без крайней на то необходимости. Но мы все трое знали, что от чудовища это не зависело. Так уж устроен Призыв. Вскоре под моей задницей оказалось седло, и унылая гнедая лошадь покорно отправилась следом за белым рысаком Мельвира.
-А кобылы еще помедленнее у тебя не нашлось?! – прорычал я, бросив тщетные попытки поравняться с ним.
Моя лошадка покорно шла побыстрее пару минут, нагоняла рысака, а затем, с чувством исполненного долга замедлялась и неизбежно отставала вновь.
-От тебя за версту пахнет темной магией и Сумеречными Тварями, - мрачно отозвался Мельвир. – Это – единственная лошадь в моей конюшне, не прошедшая выучку в Светлой Гвардии. Скажи спасибо, я ее, между прочим, специально для тебя купил!
-Вот уж спасибо! – фыркнул я, опасливо покосившись на белого рысака.
Если этого зверя натаскивали сражаться в бою со всеми, от кого веет Тьмой, то на расстояние ударом копытами лучше не подходить. Боевые кони Света, это вам, конечно, не Сумеречные Твари. Но сволочи они еще те.
-Вот объясни мне, почему по Светлым землям мы передвигались в основном порталами, а в Темных землях, где на каждом шагу могут убить, едва тащимся?! – негодовал я.
-Потому что теперь я экономлю силы, - невозмутимо парировал чародей. – Они понадобятся нам, если столкнемся с Белой Напастью.
-Можешь снять с меня ограничивающую Печать и их сразу станет в три раза больше! – самодовольно предложил я.
-Да щас! – ядовито откликнулся чародей. – В три? Не слишком ли ты себя переоцениваешь?
Недовольно надувшись, я умолк. Сколько ни убеждай, ограничивающую Печать он, конечно не снимет. Глупо было даже предлагать такое, но… Надо ж как-то время коротать в дороге? Так почему бы ни подоставать светлого? Размеренный цокот копыт успокаивал. Перед нами расстилалась казавшаяся бесконечной пыльно-желтая дорога, разрезавшая Темные пустоши, и постепенно меня начинало клонить в сон.
-Расскажи про ваш мир, Ийессамбруа, - неожиданно попросил Мельвир.
Паривший примерно в трех метрах над нами, Ийес удивленно воззрился на чародея.
-Хм… маги вашего мира лишь дважды спрашивали меня об этом, - задумчиво протянуло чудовище, грузно опустившись на землю, чтобы удобнее было поддержать разговор. – Обычно вас это не слишком волнует.
-А кто второй? – заинтересовался Мельв.
-Оба здесь! – оскалилась в усмешке Сумеречная Тварь, неторопливо поравнявшись с его рысаком.
Коня Мельвира такое соседство явно не обрадовало. Впрочем, за то время, что мы пересекали Светлые земли, к Ийесу он почти привык. По крайней мере, уже не кидался прочь с диким ржанием, стоило Сумеречной Твари приблизиться.
-Мой мир похож на этот, - со странными нотами протянул Ийессамбруа. – Только гор больше… Там где живут, такие как я, по крайней мере. Отвесные скалы, глубокое море… Не такое, как ваши реки – огромное…
-У нас тоже есть моря, - перебил Мельвир.
-В Темных землях нет. А за их пределы без армии нам выбираться как-то не доводилось, - усмехнулся я.
-Я слышал, что есть, - вздохнул Ийес. – От других чародеев, что меня призывали. Ну и корабли ваши видел, конечно. В Белой Гавани.
Я почувствовал странный укол ревности. При мысли, что Ийессамбруа мог Призывать кто-то помимо меня и Дины… Но девчонка ведь не считается! Он все равно пришел в этот мир из-за меня!
-А кто еще живет в вашем мире? – заинтересовался Мельвир.
-Вы зовете их Светлыми Стражами, - желтые глаза Ийессамбруа мрачно сузились.
Ну еще бы. Раз темные маги призывают огромных чешуйчатых чудовищ, светлые в долгу не остались. Правда, на их Зов является нечто с перьями. И, говорят, куда симпатичней.