Он в ответ молчал. Я и не ждала ответа — видно, наглый и плохой человек.
Убрав локоны с лица, я нагнулась и взяла статуэтку с пола и поставила её обратно на место, откуда она упала.
Подошла к своему месту.
Я не желала сидеть близко к нему, после такого, но всё равно села — других мест не было.
В тот самый момент воздух в комнате будто сжался до предела, и я ощутила странное, почти осязаемое напряжение, пронзившее пространство вокруг нас. Тени на стенах потянулись и сгущались, словно пытаясь что-то скрыть, а тишина стала тяжёлой, словно предчувствие грядущего. В уголке моего взгляда мелькнуло еле уловимое движение — как будто старинные вещи в кабинете на мгновение ожили и шептали свои тайны. Сердце забилось чаще, но разум отказывался верить в то, что я почувствовала. Может, это была лишь игра света и тени, обман зрения... Но внутри меня зародилось ощущение, что здесь произошло нечто большее — нечто, что навсегда изменит этот день.
Мы посмотрели друг на друга, точнее — я на него. Хотела спросить: «Что это было?», но не успела открыть рот, как в кабинет буквально влетел директор, с перекошенным от тревоги лицом.
— ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИЗОШЛО?! — рявкнул он, хватая ртом воздух.
У него была чёртова одышка. Мы с тем парнем вздрогнули синхронно, ошарашенные не столько всплеском, сколько его криком. Директор осмотрел кабинет, затем взглядом остановился на нас — на двух, по-видимому, таких же растерянных, как и он сам. Но, похоже, увиденное его немного успокоило.
Он шумно закрыл за собой дверь, подошёл к своему месту и медленно сел, будто устал за последние пять секунд больше, чем за весь день. И уже гораздо тише, но с мрачной уверенностью сказал:
— Так и знал, что весь этот шум — из-за вас.
Глава 6,7 (Рейнер).
Глава 7. От лица Рейнера
Я толкнул дверь замка плечом — она, как всегда, заела, и я как всегда выругался. Дом встретил меня запахом корицы, старого дерева и слишком громкого «Добро пожаловать домой!» из уст Криса, который, судя по всему, снова что-то готовил... или сжигал. Надо уточнить.
— Если ты опять поджарил стол — в этот раз я не буду брать вину на себя, — сказал я, скидывая кроссы у лестницы.
— О, привет, мистер «я гуляю до полуночи»! — отозвался Крис из кухни. — Хочешь вафли?
— Хочу, чтобы ты не устраивал пожар, — буркнул я, проходя мимо. — Где бабушка?
— В зале. Шепчется с портретом прадеда, как обычно.
Я усмехнулся. Да, бабушка вернулась вчера, как гром с неба, и сразу взяла всё под контроль. В её глазах я всё ещё «мальчик, у которого холодные руки и проблемы с дисциплиной».
Я зашёл в гостиную, и как только мои шаги коснулись ковра, она повернулась ко мне.
— Ты был в саду, — сказала она вместо «Привет».
— Прямо ясновидящая, — хмыкнул я. — Или тебе про это рассказал шпион Крис?
— Ты видел её, — тихо добавила бабушка. — Девушку. Ту, что изменила воздух.
Я на секунду замер. Конечно, она знала. У неё нюх на тайны.
— Не знаю, кто это. Не спрашивай. И, если честно, мне плевать.
— Зато саду не плевать, — буркнула она и снова отвернулась к камину. — В нём ты больше не один.
Я уже почти вышел, но всё-таки обернулся.
— Что ты вообще знаешь об этом саде?
Она молча подняла чашку чая к губам, отпила, а потом, как будто взвесив, стоит ли говорить, произнесла:
— Этот сад не простой. Его создали основатели Элериуса — не просто как укрытие или украшение, а как живую магическую сущность. Он выбирает. Отталкивает или принимает. Тех, в ком чувствует искру... или древнюю кровь.
Я нахмурился.
— Ты хочешь сказать, что эта девушка...
— Я не хочу ничего говорить. Просто знай: если сад впустил её, — он сделал это не случайно.
Я фыркнул, отвернувшись.
— Может, он просто устал от одиночества.
— Нет, Рейн, — тихо сказала она. — Он ждал. Вас обоих.
Я вышел, пока она не начала читать лекцию о «балансе магических потоков» и «внутреннем резонансе». И так башка гудит. Слава моим вампирским рефлексам, они сработали моментально: я уже стоял у лестницы и поднимался на второй этаж, почти не чувствуя усилий. В такие моменты кажется, что я — скорее кот, чем древний вампир: умею быстро исчезать, когда не хочу слушать нотации.
Крис ждал меня с тарелкой вафель и ухмылкой.
— Ну, как свидание с кустами?
— Кусты были лучше собеседниками, чем ты, — фыркнул я, стягивая с себя толстовку — жара в доме подбиралась к пеклу — и кинул её прямо в лицо Криса. Оставшись с голым торсом, лениво развалился на диване в гостиной, где на полу лежал старый ковёр с замысловатым орнаментом, а сквозь окна заходил мягкий вечерний свет, окрашивая комнату в тёплые оттенки.