Она проникает в их разумы достаточно глубоко, чтобы превратить их в визжащих животных, корчащихся от вторжения, но останавливается, прежде чем успеет пожалеть об этом. Я видела, как она убивала обезумевших вампиров, но это другое. Совет не должен быть врагами, и все же мы здесь.
— Черт возьми, — ворчит Рейден, отшатываясь от сферы и тряся рукой, и мои плечи расслабляются от облегчения. Она разрушила ту магию, что удерживала их всех на месте.
Не теряя ни секунды, они вчетвером бросаются на ублюдков, которые снова держат нас в плену, но моей магии это не нравится. Она разливается по моему телу, заставляя меня кряхтеть, когда я поднимаюсь с пола. Свет исходит от меня, проецируясь в физический пузырь, который окружает не только меня, но и тех, кого я хочу защитить.
Я не более чем сосуд для защиты, на которой настаивает моя магия, но при этом я защищаю тех, кто находится за пределами пузыря, от гнева моих мужчин.
— Какого хрена? — Кассиан рычит, практически отбиваясь от поглощающего их света, прежде чем резко оборачивается и смотрит на меня. — Останови это, — рявкает он, его гнев направлен не на меня, а на Совет, когда они медленно начинают подниматься на ноги за пределами защитного пузыря.
Мой ответ застревает у меня в горле, каждый дюйм моего тела потерян для магии, которая горит, чтобы заставить их исчезнуть, просто для защиты.
Это проклятое слово.
Защищать. Защищать. Защищать.
— Альфа, — предупреждает он, но Крилл быстро отталкивает его в сторону, обеспокоенно глядя на меня.
— Прекрати это. Прямо сейчас она себя не контролирует, — огрызается он, в его обеспокоенных глазах появляются новые морщинки, когда он рассматривает меня, прежде чем повернуться туда, где Совет стоит, загнанный в угол комнаты.
— Нам нужно что-то сделать. Мой отец все еще поет, вероятно, пытаясь наложить кукольную магию на связь судьбоносных партнеров, — заявляет Броуди, нервно проводя пальцами по волосам и наблюдая, как глаза отца закрываются, а губы шевелятся.
— Вот от чего она нас защищает, — заявляет Флора, заставляя меня всхлипнуть, и я, наконец, понимаю магию, витающую в моем теле.
В этом есть большой смысл, но я гораздо больше привыкла защищаться физически, а не вот так.
— Все в порядке, Адрианна. Мы с тобой. Так же, как и ты с нами, — выдыхает Рейден, прежде чем кивнуть Криллу. Одно движение между ними — и весь разговор проходит без единого произнесенного слова.
Я моргаю один раз, моя магия пытается расшифровать, что от меня требуется, когда Крилл широко раскидывает руки, превращаясь у меня на глазах в прекрасного белого дракона. Какая-то часть меня согревается в его присутствии, как будто я тосковала по нему, но когда его крылья расправляются в маленькой комнате, он сбивает меня с ног. Я готовлюсь к удару, но руки прижимают меня к твердой груди прежде, чем сила тяжести делает свое дело.
Мое сияние погасло, барьер между нами и врагом исчез, но магия все еще кипит внутри меня, туго обвившись вокруг моих костей.
Я смотрю на Кассиана, его глаза глубоко ищут мои, пока он молчит. Крилл издает душераздирающий звук, когда его когти скребут по полу.
— Сейчас же, Крилл! — Кричит Рейден, отрывая меня от напряженного разглядывания Кассиана, когда мой дракон широко расправляет крылья, без усилий превращая стены в щебень.
— Нет! — Кричит Холлоуэй, бросаясь к сыну со своей вампирской скоростью, но она быстро падает на пол, еще одно плачущее и корчащееся месиво, когда Флора выходит из-за спины Рейдена.
Мой вампир смотрит на нее слегка расширенными глазами, наконец-то понимая, что именно она поставила их на колени с самого начала. — Спасибо, — выдыхает он с явным впечатлением в голосе, заставляя Флору ухмыльнуться.
— Давайте убираться отсюда, пока не начали благодарить друг друга, ладно? — Говорит Флора, и в ее словах слышится веселье.
— Как только они умрут, мы устроим гребаную вечеринку, — парирует он, поворачиваясь к своей матери с рычанием на лице, но я все еще слышу Оренду.
Его песнопения вибрируют в моих ушах, транслируя их планы по циклу, и это вновь зажигает свет внутри меня. Я уже знаю, что должно произойти, и моя месть не будет удовлетворена. Эта мысль — еще одно напоминание о том, что моя магия под контролем, и я здесь только для того, чтобы меня использовали по ее воле.
Мгновением позже я становлюсь не более чем ослепительным светом, только на этот раз я могу двигаться, но тяга выходит из-под моего контроля, когда я несусь к Криллу. В ту секунду, когда я прикасаюсь к его чешуе, у меня внутри разливается тепло.