Глава 13. Цена помощи
Айлата предлагала перенести дальнейшие разговоры на следующее утро, мол, чтобы силы после ритуала восстановились, но я упрямо отказалась. Во-первых, на удивление не чувствовала никакой усталости, наоборот, даже какой-то душевный подъем был. Скорее всего, от осознания, что над моими волками больше не висит угроза безумия и гибели. А во-вторых… ну не смогу я отдыхать спокойно, не прояснив оставшиеся вопросы! Да и что того времени сейчас? Всего лишь обед недавно минул.
На мой боевой настрой только покивали и понимающе улыбнулись.
Мне начинала нравиться эта волчица. Вернее, она мне нравилась уже несколько часов, с тех пор как мы откровенно поговорили, а ее изначальное отношение… Можно понять.
Явились чужаки, из которых одна – вообще человек, а остальные – изгои. Зная то, что мне рассказали после обращения про нюансы «проклятия», теперь понимала и причины столь негативного отношения к парням. То, что их по факту подставили, незаконно изгнали, никому же не известно. Но ведь здесь их не убили сразу, пусть и значительная заслуга в этом именно моя. Да, в конце концов, я сама или любой человек разве стал бы доверять незнакомцам, тем более если бы знал, что те преступники? То-то и оно.
Зато потом я видела от Главы стаи только хорошее. Хотя, конечно, еще неизвестно, что она потребует в уплату… Вот потому и хотелось выяснить все сейчас. Но сначала…
– Айлата, ты обещала рассказать, почему я белая. Это что-то неправильное? Или здесь какая-то страшная тайна?
Мы устроились на удобных креслах в личной гостевой волчицы. Ну, я так решила – слишком уж какая-то домашняя, теплая тут была обстановка. И еще одна дверь в одной из стен, которая могла вести в спальню. Дерево, ткани, приглушенные теплые тона – всё настраивало на неторопливую беседу и отдых. Между креслами стоял низкий столик с расставленными на нем вазочками со сладостями, фруктами и мягкими булочками, сменившими вполне сытный обед, а мы держали в руках кубки с вкусным травяным отваром.
– Не неправильное, детка, что ты. Скорее необычное. Чтобы ты понимала, здесь и на многие дни пути вокруг живут оборотни, волки которых обычные – серые и черные. Сильно на юге, еще южнее стаи, про которую рассказывали твои самцы, встречаются и красные, но их мало. А вот на севере, за Великими горными хребтами… вот там живут белые волки. Они почти так же многочисленны, как и мы, но крайне редко покидают свои суровые края. Настолько редко, что за последние сто лет я ни разу не слышала, чтобы они появлялись в ближайших королевствах. Думаю, теперь ты понимаешь мое удивление, когда увидела тебя обратившуюся?
Конечно я понимала. А еще в груди зарождалось желание… Не просто так же Айлата смогла вытянуть наружу давнюю, как она сказала, кровь? Значит, в моих предках были оборотни, и именно белые волки! У меня могут быть родственники, там, далеко на севере… Для нелюбимого дитя, каким я всегда была для родни отца, это небывалый шанс обрести семью, выяснить свое прошлое. Очень заманчивый шанс.
– Вот поэтому я тебе говорила, что надо учиться владеть собой и скрывать намерения, Лейяна. Я ведь самым натуральным образом читаю твое желание сорваться и помчаться навстречу неизвестности.
– Ой, называй меня Лея, пожалуйста. Так привычнее. А что читаешь, так тут и способностей особых не надо, и скрытие эмоций не поможет – такое желание просто предугадывается.
Я хоть и фырчала, но понимала правоту Айлаты. Не то чтобы мне не знакомо умение держать эмоции под контролем, просто новообретенная суть пока сильно сбивала привычное поведение. Ничего, я справлюсь со временем.
– Это да, но прими все же совет – не спеши. У оборотней длинная жизнь, все успеешь.
– Кстати, а сколько это, длинная?
Вот маги, к примеру, могут жить до трехсот лет, если сильные, конечно. Но даже слабые живут дольше сотни – максимума, отпущенного для простых людей.
– По-разному, в среднем от трехсот до четырехсот.
Очень даже неплохо, но это значит… Я облизнулась.
– Ты сказала, что волчица в предках была три поколения назад, получается… прабабушка? И почему именно волчица, а не волк?
– Потому что волчица может родить от человеческого самца. Не по своей воле, конечно, и это значит, что эта твоя прабабушка была либо украдена из стаи ребенком, либо попала в плен, а то и рабство. И… раз ты родилась, значит, она не сумела выбраться и погибла. Потому что волчица, во-первых, всегда будет стремиться на свободу, но, во-вторых, никогда не бросит свое дитя, тем более дочь. Человечки же от волков не рожают, просто не могут выносить плод и либо сбрасывают его, либо погибают на поздних сроках.
Что ж, с этим хотя бы понятнее. Остались сроки.
– Моя мама умерла совсем молодой, не старше двадцати пяти, а мне и вовсе несколько лет было, и ее матери тоже в живых уже не было, потому что я слышала от слуг, что отец взял в любовницы-невольницы деревенскую сироту. Мой целительский дар, скорее всего, именно по линии отца, потому что его мать была целительницей как раз…
Айлата как-то удовлетворенно кивнула:
– Значит, ты темный целитель. Хорошо, волки ценят таких. – На мой явно ошарашенный взгляд волчица лишь пожала плечами. – Что? Мы темные в основном, и силы наши такой природы. Хотя знахарки и травницы обычно светлые как раз, прочие маги – середина на половину. А вот целители – нет. И раз ты целитель, да кровь была достаточно сильна, чтоб пробудиться, никаких других вариантов быть не может. – Ну вот, и тут целители отличились! Это я еще про бабушку всей правды не рассказала. – Но не переживай, оборотни именно ценят своих целителей, не уподобляясь человечьим правителям. Давай вернемся к подсчетам – я поняла, к чему ты клонишь. Сколько тебе лет, Лея?
Ага, последний кусочек мозаики.
– Двадцать два.
– Ох, детка! Такая юная… Но к тебе наши сроки, конечно, неприменимы, раз ты стала совершеннолетней еще по человечьим меркам.
Вот да, не хотелось бы ждать двадцатипятилетия, чтобы считаться способной нести за себя ответственность. А то я этого немного опасалась на самом деле.
– Именно по человечьим, Айлата. Так что не такая я и юная, в жизни уже многое успела повидать. Итак, у нас получается, что…
– Твоя прабабка попала к людям примерно шестьдесят-девяносто – возьмем с запасом – лет назад. И вполне возможно, что надежды найти родню среди северных волков не беспочвенны. И я даже подскажу тебе, как выяснить это быстрее: когда найдешь любую из стай, попроси провести ритуал определения рода. Алтарь в каждой стае несет в себе частицы крови Глав на ближайшие пару месяцев пути. В наших краях так, и не думаю, что у остальных оборотней иначе. Даже если так, то что-то похожее наверняка есть. Мой алтарь никакого родства не показал, да и не должен быть, судя по твоему цвету. Но прими и еще один совет: дорога на север долгая. Двумя месяцами не обойдется. Не спеши срываться сейчас – в лучшем случае вы доберетесь к зиме, а она там гораздо суровее, чем у нас, и наступает немного раньше.
Я не пропустила это ее «вы», и тут Айлата права – парней я не брошу. Да и они не смогут без меня, но огромным вопросом тут встает ситуация с академией. Наверняка там не все просто, и бросить учебу на последних месяцах, чтобы уйти со мной, волкам никто не даст. Как и не отпустит после окончания. У меня денег, чтобы оплатить их обучение, точно нет, у них… Хоть и рассказывал Ло, что они копили, работая наемниками, но достаточно ли этого? Да и за годы в академии наверняка что-то тратили на жизнь. Надо спрашивать.
– Ты права, я это понимаю. Хотя, действительно, прямо сейчас хочется что-то делать. С парнями еще как быть…
– Тут надо подумать, согласна.
Мы замолчали, понемногу отпивая остывший уже отвар. И я наконец вспомнила еще один вопрос, на который хотела получить ответ.
– Айлата! Ты обещала рассказать, что захочешь в уплату за помощь.
Волчица долго смотрела на меня, словно взвешивая слова, потом вздохнула.
– Сначала я хотела попросить тебя обещать в мою стаю одного из своих сыновей. Когда кто-то из них вырастет, конечно. Мы хоть и слабо подвержены вырождению, но обновлять кровь иногда все же надо. Но, в свете твоего отъезда… Давай мы оставим это на твое усмотрение, и если все сложится. А в уплату я попрошу тебя пожить в моей стае до следующей весны. Выходить вам лучше всего в конце первого месяца, вот до этого времени и поживешь. Поучишь нашу знахарку, продиагностируешь волчиц, особенно давно не могущих понести, если получится – подлечишь. Что скажешь?