са. Да? И на какую же? Я скоро стану мамой одной очаровательной девочки и увы, времени у меня совсем не останется, чтобы заниматься чем то ещё. Мне нравится твой настрой. Хочешь, я помою посуду? Ты наверное и так устала? Мне совсем не трудно сложить тарелки в посудомойку. Ой! Что то голова закружилась. Покачнулась Лариса. Вот! Говорил тебе, чтобы ты отдыхала? Заволновался Матвей. Нет, все в порядке, просто резко нагнулась. Попыталась успокоить мужа, Лариса Давай я тебя отведу в спальню, а сам тут все уберу. Хорошо, что то наша девочка ,уж очень сильно пинается. Может вызвать врача? Нет, мне сказали, что такое возможно на поздних сроках, бояться не стоит надо просто полежать, но если такое будет часто повторяться,, то тогда уже нужно обращаться к врачу . Точно? Ты меня не обманываешь? Нет, конечно, разве я стану рисковать нашей малышкой? Больше ни какой готовки, уборки и прочего, только отдых и покой. Хорошо, дорогой, как скажешь, так и будет. Отдыхай , а лучше попробуй заснуть, а я уберу на кухне и немного поработаю с документами. Не задерживайся, а то мы без тебя не уснем. Я постараюсь побыстрее разобраться с бумагами . Утром Матвей уехал на работу, а Лариса , так как Матвей запретил ей вставать и что - либо делать , просто нежилась в постели . Уже два раза звонил Матвей, справлялся, как его девочки себя чувствуют. К обеду ей надоело бездельничать и она все же решила встать. Но не успела сделать и несколько шагов, как почувствовала резкую боль внизу живота. Кое как опустившись на пол, прислонилась к стене и делая дыхательную гимнастику, как её учили, попыталась успокоиться. Это ложные схватки, ничего моя принцесса, тебе ещё рано, успокойся и всё пройдет, не надо пугать мамочку. Если через пять минут не пройдёт, то позвоню своему врачу. Подумала Лариса, делая вдох , выдох.Но боль так же внезапно прекратилась, как и началась и больше не возвращалась . Лариса решила ничего не говорить Матвею, а то он ещё тот паникер. Вечер прошёл спокойно, Матвей сказал, что нанял женщину, которая будет убирать и готовить. Тебе только завтра нужно будет впустить её и дать запасной ключ. Я бы и сама справилась, зачем нам посторонние? Я чувствую себя прекрасно. Не спорь, это ты сегодня отдыхала, вот поэтому и хорошее самочувствие. Но ночью боль вернулась с новой силой и терпеть её уже не было сил.. Матвей позвонил в клинику и сказал, что сам привезёт жену. Её сразу забрали в смотровой кабинет. По тому, как забегали медсестры, Матвей понял что, что- то пошло не так. Инна Витальевна, врач, которая вела беременность Ларисы, подошла к Матвею. На её лице была тревога, которую ей не удалось скрыть. Днем ранее были у вашей жены боли? Нет, она мне ничего не говорила, а вот вечером, когда она была у вас, у неё закружилась голова и она сказала, что ребёнок забеспокоился, но она полежала и все прошло. Странно, на осмотре все было в норме и анализы хорошие, такого не должно было случиться, без причины. Тут её срочно позвали в смотровую и Ларису выкатили на каталке. Куда вы её увозите? Что происходит? Пытался узнать Матвей. Она потеряла сознание, в операционную , быстро. Отойдите вы нам мешаете. Крикнула Инна Витальевна, оттолкнув Матвея от каталки . Прошло несколько мучительных часов, когда Матвей умирал от страха, за жену и дочь. Даже вспомнил молитву и пытался молиться богу, в которого раньше не верил. Боже молю, спаси моих девочек.Это мне наказание, что я не искренне любил Ларису. Боже, сделай так, чтобы с ними ничего плохого не случилось и я все исправлю. По его лицу текли слезы . Но чуда не произошло. К нему вышла уставшая Инна Витальевна и не глядя ему в глаза, глухим голосом , сказала. Мы боролись до последнего, но ребёнка спасти не удалось, а ваша жена в тяжёлом состоянии. Простите. Мы во всем разберёмся, здесь что то не так. Сейчас идите домой, когда вашей жене станет лучше, мы вам позвоним. Мир Матвея рухнул на него, как каменная плита, он ничего не слышал и не видел. Он так ждал, так радовался каждому толчку в животе Ларисы, мечтал, как возьмёт её на руки и вот теперь всё, пустота. Как жить дальше? Как сказать Ларисе, что у них не будет их долгожданной малышки? Как? Это была самая ужасная ночь и самое черное утро , в его жизни. Взошло солнце, снег искрился, люди спешили на работу, жизнь продолжалась, а для их с Ларисой малышки, все закончилось, даже не начавшись. Она никогда не увидит этого солнца, никогда не улыбнётся им, не скажет свое первое слово. Вторая бутылка опустела, а он не чувствовал алкоголя, хотел напиться до отключки, до чертиков в глазах и не мог. Телефон не переставал звонить, а ему было плевать. Позвонили в дверь. Кого там черт принёс? Подумал Матвей, направляясь к двери. Распахнув её, он увидел перед собою женщину, та испуганно отшатнулась от него. Вы кто? Зачем пришли? Вид У Матвея был потрепанный и доверия не внушал. Вы меня наняли вчера. Пролепетала она. А , нет, не нужно, я передумал, уходите. Женщину не пришлось просить дважды. Матвей захлопнул дверь. Надо достать ещё бутылку, подумал он , подходя к бару, но тут опять в дверь позвонили. Черт! Выругался он. Я что , еще кого то нанял? Но это были встревоженые родители. Матвей? Что случилось? С ресторана звонят, говорят, что не могут тебе дозвониться? Ты не пришёл в офис. Да в чем дело? Ни ты , ни Лариса, не берете трубки? А к стати где она? Вы что поссорились? Ты почему в таком виде? Что это за пьянка ? Сердилась мать. Матвей молча, словно был один, снова налил стопку, а потом махнув рукой, взял бутылку и стал пить прямо из горла. Тут отец не выдержал, вырвал из рук сына бутылку и зло сказал. Не думал я ,что увижу , как мой сын превращается в дерьмо, которое не способно взять себя в руки и как мужчина решать проблемы. Пить и опускаться на дно легко, а вот выбраться будет трудно. Марш в душ, а потом, как приведешь себя в человеческий вид, расскажешь, что у вас стряслось. Матвей, как ни странно, послушался отца и махнув рукой поплелся в ванную комнату. Его небыло долго, около часа , мать успела сходить в спальню и посмотреть, там ли Лариса. На немой вопрос отца, сказала. Её там нет, но вещи на месте. Может случилось чего и она в больнице? Сейчас узнаем. Ответил ей муж. Из ванной как раз вышел Матвей, выбритый, в свежей одежде. Когда он сел за стол, мать быстро убрала от него бутылку. Матвей усмехнулся. Не бойся мама, я больше не буду пить, прошло. Ну, теперь рассказывай? Задал вопрос отец. Что произошло и где Лариса? Матвей поднял на родителей полные слез глаза. Нашей доченьки больше нет. И уронил голову на стол, закрывшись руками. Хватит мямлить! Мужик ты в конце концов или кто? Утри сопли и рассказывай, все как было? Ларисе ночью плохо стало , я отвёз её в клинику, а там ей стало совсем плохо, её в операционную увезли, а потом мне сказали, что нашей девочки нет, а Лариса в тяжёлом состоянии. Как я ей скажу про дочку? Я не смогу. Мы поедем с тобой сынок, надо и сватам сообщить. Вытирая слезы, гладила по спине сына, мать . В палате было тихо, Лариса лежала одна. Она только проснулась и ещё ничего не поняла. Скрипнула дверь и в палату вошёл Матвей. Лариса!? Как ты себя чувствуешь? Нормально, а где наша дочка? Я же чувствую, что её во мне нет,значит она родилась и то что она шестимесячная, это ведь не страшно, правда? Мне никто ничего не говорит, а я ведь волнуюсь, а от этого молоко пропадёт, а я хочу её сама кормить. Ты её видел? Она наверное совсем крошка? Слабенькая, но мы её выходим, правда ведь? Что ты молчишь, Матвей? Голос Ларисы сорвался на крик. А Матвей никак не мог собраться с силами и сказать ей , что никогда они не увидят свою дочь, что они её потеряли. Она смотрела на него с мольбой, её губы дрожали, а в глазах , полных слез, застыл вопрос. Матвей хотел бы провалиться сквозь землю, только бы не видеть эти полные боли глаза. Лариса замотала головой, не издавая ни звука, Матвей бросился к ней и прижав её к себе шептал . Мы переживём это горе вместе, родная, мы справимся . Лариса забилась в истерике, оттолкнув от себя Матвея . Как ты можешь такое говорить ? Да лучше мне умереть! Я не хочу жить, не хочу это переживать.! Уйди! Я не хочу тебя видеть! Никогда, слышишь? Никогда! Она кричала, билась о стену и Матвею пришлось позвать врача. Его попросили выйти. Когда врач вышел из палаты, то сказал, ожидающим родственникам и Матвею, в первую очередь. Мы ввели ей успокоительное и она некоторое время будет спать, сон сейчас для неё лучшее лекарство. Когда ей станет лучше, мы вам позвоним и вы сможете её навестить. Пока надо дать ей все понять и принять. Через неделю Ларису выписали и посоветовали показать её психиатру. Тело мы вылечили, а вот душу, тут нужен другой специалист. Лариса стала похожа на зомби, делала то , что ей велели, отвечала , если спрашивали. Беседы с психологом ни к чему не привели. На семейном совете решили положить её в клинику. Алиса? Наконец то я тебя нашёл. Сказал Андре. Ищу тебя по всем этажам, кабинетам. Зачем? Что то случилось? И да и нет. Ответил Андре. Хватит загадок, говори уже, а то пожалуюсь Мери, что ты ко мне подкатываешь. Узнаешь потом , по чём фунт лиха. Это удар ниже пояса, я между прочим искал тебя, чтобы сказать про Али , что он вернулся. Правда? А где он? Что ты сразу не сказал, а голову мне морочил? Хотел посмотреть будешь ты рада или нет. Он в комнате. Дурак, какой же ты дурак. С этими словами, Алиса побежала на второй этаж, где располагались комнаты старшеклассников. Алиса не стала стучать в дверь, так как знала, что все на занятиях. Распахнув