Панцирь был огромным, провалившись уже наполовину в песок, он торчал, как огромный валун на поверхности. Ветер и песок вскоре похоронят и эту его часть.
- Ты будь осторожен, если их встретишь Рей, - проговорила Лилиан, рассматривая звёздное небо и вдыхая полной грудью, - они ядовиты. Плюются ядом на приличные расстояния. А то вот такой интересный камень плюнет, и расстанешься с жизнью.
- Здесь все хищники? – Рей с интересом рассматривал Лилиан. Ему нравилась эта сильная и независимая женщина, не потерявшая во всех передрягах своей женственности и нежности, что проскальзывала, когда она смотрела на Герберта с Олеандрой, и кто знает, что нашёл бы он в этих песках, не повстречай он раньше на своём пути Миланду.
- А как здесь по-другому? – пожала плечами Лилиан. – Здесь все друг друга едят. Кто первый успел, тот того и съел. Очень мало червей и каких-то мелких тварей, типа пищух, что питаются останками. Остальные предпочитают живых.
-Лилиан, а можно всё же узнать, что стало с мукой и ещё одним незадачливым торговцем, спрятавшимся среди мешков. Но, если это не моего ума дело, можешь не отвечать.
- Рей - это не твоего ума дело, - резко ответила женщина, но потом, чуть помягче, добавила, - но торговец ваш жив, я думаю, что уже, дома. Что с мукой, по-моему, я тебе уже говорила, а в остальном, Рей, замешаны другие, и не надо тебе это знать. Не в обиду…
Они посидели ещё немного, болтая о том, о сём, наслаждаясь чистым прохладным воздухом, огромным, ночным небом с мириадами звёзд. Но всему приходит конец. Вот и ночь подошла к концу, где-то далеко на горизонте посветлела полоса, звёзды стали тускнеть, словно погасая.
- Всё надо уходить, - с сожалением произнесла Лилиан вставая с импровизированного стула, спинкой которого была спина Рея. Она даже не заметила, заболтавшись, что прислонилась к нему.
- Да, - произнёс, тоже вставая, Рей, - нас, наверное, уже потеряли.
- Не думаю, - бросила уже на ходу Лилиан, устремляясь к входу в коридоры жуков, - они знают, если я ушла, значит, по делу. Будут все сидеть на месте и ждать, когда вернусь.
Когда вернулись, остальные, и правда, были на месте, никто ничего не спрашивал, и только Герберт развыступался, как это так, почему они ушли, а его почему-то не взяли. Пришлось Рею напоминать, чем гном был занят, что ничего сам не замечал вокруг. Герберт вдруг довольно улыбнулся и посмотрел на девушку. Олеандра послала в ответ ему поцелуй. На этом претензии закончились. Вскоре, оставив сторожить первой Флоксу, все легли отдыхать. Без особых приключений прошло три дня. За это время пищухи расправились с тригаудами, не оставив ничего, кроме жёстких надкрылий и твёрдых частей усов и челюстей. Все части были идеально зачищены от органики на них. У Герберта теперь было занятие, он пробовал распилить надкрылья разными, одному ему известными способами. Оказалось, что истинный гном Герберт таскает с собой в сумке кучу всякого инструмента, о некоторых, Рей даже не слышал. Теперь гном со всем усердием, в свободное от заигрываний с Олеандрой время, пытался применить весь арсенал и победить надкрылья. Олеандра в свободное от дежурства время крутилась рядом с Гербертом, тогда он, иногда забывал, что делал и утаскивал девушку в укромное место. Вскоре он приладил огромные надкрылья шатром, и теперь, как он выражался, у них был свой дом. Все в свободное время наблюдали за их вознёй, и это было своеобразным развлечением.
Через три дня Рей, наконец, услышал лай и подорвался бежать навстречу. Лилиан с Гербертом побежали вместе с ним. Уже недалеко от входа огромный пёс практически сбил Рея с ног, облизав всё лицо, раз так пять, потом дошла очередь до Герберта. Рей с опаской наблюдал, как, облизав гнома, Абшуг, не высказывая неприязни и даже осторожности, абсолютно спокойно подошёл к стоящей друидке. Женщина протянула руку и, как старого знакомого, потрепала пса по голове, тот радостно завилял хвостом. Рей улыбнулся, он может спокойно доверять этой женщине, она прошла и эту проверку. Вернувшись, в пещеру к остальным ничего не понявшим друидкам, они, уже смеясь, рассказали, что, именно, Абшуга искали. Через несколько минут Абшуг обрёл ещё три пары рук.
Лилиан молча наблюдала за их возней, потом повернулась к Рею.
- Рей, прости, но не подскажешь, кто хозяйка этого пса?
Рей долго смотрел женщине в глаза, решаясь, сказать или нет, наконец, решился.
- Это та, перед родственницами которой ты собиралась встать на колени.
- Женщина – птица? - резко, почти перебивая его, спросила Лилиан.
- Да, а что не так? - Рей был удивлён странной реакцией женщины.
- Это та, что сейчас у Повелителя? Да, Рей?