- Как подчинить себе ветер, когда ты птица? – спрашивала она. - Ты знаешь о том, что тебе подвластен ветер, и ты можешь заставить его помогать себе, поднимая выше облаков. Ты слышала, как он поёт в вышине песни своей любимой?
- Любимой? А кто у него любимая, бабушка?
- Как кто? – удивлялась Клео. – Конечно заря. Ведь на заре он успокаивается, потому что может видеть её.
- Ну, ба. Я думала ты серьёзно.
- А ты лети, послушай.
Миланда затаив дыхание слушала, а потом бежала, чтобы через несколько минут, взмахнув огромными крыльями, полететь ловить неугомонный ветер, а заодно послушать, что он поёт.
Совсем уж новостью для неё стало, что можно научиться частично трансформироваться, например, отращивая себе только крылья. Правда, для этого нужен был источник родного мира. Миланда вздохнула, было бы здорово переносить себя на различные расстояния, не меняя свой облик.
Единственное правило, неукоснительно соблюдаемое девушкой, гласило, что нельзя покидать ущелье. Тариньольский лес был под запретом. И Миланда лишь свысока могла наблюдать за тем, во что превращается, прекрасное прежде творение природы. Без заботы ведьм, он зарастал, образуя местами непроходимые дебри, заваливались огромные деревья, молодые плохо росли. Зверьё уходило дальше на юг, словно предчувствуя какую-то беду.
Прошло десять лет. Миланде, казалось, что она уже озверела, сидя безвылазно в ущелье. Она любила свой лес и рвалась туда всей душой. Конечно, горное ущелье - это была огромная территория, но девушка бурчала, что, сколько её можно прятать, про неё, скорее всего, все давным-давно забыли, кому она нужна. На что Клео осуждающе качала головой, прося, чтобы Миланда не делала глупостей и не рвалась уходить, слишком неспокойно было на душе у старой женщины.
- Ты пока учись всему, Миланда, учись. В жизни всё пригодиться. Надеюсь, мы ничего не упустили. И ты в случае чего сможешь правильно распорядиться знаниями и помочь себе.
В этот вечер Герберт пришёл какой-то возбуждённый.
- Добрый вечер, девушки, - радостно приветствовал он их, - как вы тут?
- Добрый, - ответила Клео, - ты как раз к ужину.
- О! Герберт, ты же не хотел сегодня приходить? – Миланда подошла к столу. Огромная белая собака, молча, перешла следом за ней и улеглась в ногах. – Что-то случилось?
- Я тут кое-что узнал, - усаживаясь за стол, продолжил гном, - Миланда, ты в курсе, что твоя сестра украла какой-то камень у канцлера?
- В курсе, - Миланда на секунду замолчала, вспоминая те страшные дни, и решая рассказывать или нет про то, что знала, а потом решилась, - сейчас наверно, уже можно рассказать, что тогда было. В ночь перед трагедией Бианка рассказала Беатрис, что забрала какой-то камень у канцлера. Они ещё говорили, что камень какой-то таинственный, с какой-то пещеры. Из-за этого камня и явилась та страшная женщина.
- Та страшная женщина сама себя именует Тьмой, очень сильна магически, владеет несколькими видами магии, но больше всего увлекается тёмной. Приходит из другого мира, организовала контрабанду гематита, построила за это время дворец в Арагоне, - Герберт глубоко вздохнул и продолжил. - Когда-то давно проход в тот мир был закрыт, но там был гематит, и канцлер, чтобы открыть проход собрал группу портальщиков. Они вместе открыли портал, но там заразились какой-то странной болезнью, и многие погибли, он тогда набирал ещё и ещё, и каждый раз маги гибли непонятно от чего, причём сами молчали о причинах, пока твоя мама Миланда не создала артефакт перехода. Она пожалела портальщиков, хотя и не смогла спасти твоего отца. Вот его и умыкнула Тьма и теперь спокойно шастает между мирами, но поговаривают, что раньше она не была столь сильна, что-то произошло с ней в том мире, что изменило её внешне и увеличило резерв. Ещё эта, так сказать дама, не брезгует для решения своих проблем гонять сюда монстров, и псы лишь малая их часть. Есть монстры и пострашнее. Часто с ней видят мужчину, в народе зовут Погонщиком, он, как правило, собирает псов и монстров после Тьмы. Тоже маг, поговаривают не слабый, ходит в тот мир на раз, два.
- Я в курсе, Герберт, кто он и как он ходит, давай дальше, - резко перебила его Миланда.
- А что ты о нём знаешь? – Герберт с интересом уставился на неё.
-Знаешь, а я не желаю ничего о нём говорить, Герберт, прости, конечно, но давай рассказывай дальше, - Миланда разозлилась при одном упоминании о ненавистном ей мужчине, который, как самый настоящий гад, не хотел покинуть её голову и дать ей жить спокойно. Герберт и Клео переглянулись.
- Миланда, а ну посмотри на меня, - Клео пыталась заглянуть ей в глаза, но девушка упрямо отводила взгляд. – Ты что его знаешь?