— Как же успеет он разобраться с мастерской и дома? — не понял Аслан.
— Сам не знаю. Говорил, вроде взяли на работу автомеханика. Мужик толковый, в машинах, их ремонте, классно разбирается, и доверить ему можно. Отец с ним раньше много лет работал. Знает. А и ремонт дома сделает, там прораб будет. Мужик дотошный. Тоже из дальней родни.
— Пусть бы и сюда замену сыскал. Совсем я тут измочалился. Он обещал, что я село навещать буду. Да где тут? Даже не помечтать. Скоро лишаи на башке появятся от немытости, сгнию заживо! — пожаловался Аслан.
— Пришлю на день в замену двоих племяшей. А тетка баню тебе истопит. Помоешься и вернешься. Так всегда делали, выручали друг друга. В горах поодиночке тоже не прожить.
— Меня тут обходят. Знать не хотят. Прошел слух по селу, что я отпетый уголовник и в тюрьме полжизни провел. Вот и сторонятся как прокаженного. За все время, что тут кантуюсь, никто не остановился, не поговорил. Все бегом от меня, все мимо…
— Это от тебя зависит. Сам не будь размазней и хамом. Здесь это не признают и не поймут твоих жалоб. Эти люди тут родились. Иных условий не знают. Ты даже с собаками не смог найти общий язык. С людьми гораздо трудней его сыскать. Здесь ни зона, силой не возьмешь, матом никого не удивишь. Оружием они владеют лучше тебя и тюремных авторитетов не признают. Докажи в натуре, что ты мужик не хуже их.
— Зачем?
— Чтобы признали, зауважали бы в тебе человека.
— Мне это по барабану. Кто они есть? — скорчил презрительную гримасу и услышал глухой рык сторожевика. Оглянулся. Пес, не мигая, смотрел в кусты. Там, в сумерках разглядел мелькнувшие тени, почуял запах волчьей стаи, поднявшейся в горы из ущелья. Волки окружали отару, оставив для нее единственный путь — глубокое, темное ущелье с крутыми, обрывистыми боками гор.
Вот и второй сторожевик рычит, клацает зубами. И он приметил волчью стаю. И у него на загривке встала шерсть дыбом.
— Слышь, волки окружают наших овец! — вскочил Мишка.
— Где? Откуда взял волков?
— Собаки подсказывают. Слышишь, рычат, — зарядил парень ружье и, прислушавшись, вглядевшись, пальнул в кусты.
Тут уж и Аслан увидел нескольких волков, рванувших из кустов к уже темному распадку. Звери поняли, что поспешили, и решили дождаться полной темноты, когда люди и овцы успокоятся, а собаки уснут у костра, свернувшись в клубки. Вот тогда, зайдя с подветренной стороны, можно без шума и риска порвать горло паре овец, утащить их в распадок и до самого утра есть мясо, грызть кости, пить кровь и благодарить глухую ночь за черную завесу, первую помощницу в звериной охоте.
Волки уже много раз подходили к этой отаре. Пусть не всегда, но все ж удавалось им порвать овцу и уволочь в распадок. Они помнили, что пастух здесь не умел быстро и долго бегать, а стрелял и того хуже. Человек быстро терял силы, потому что в отличие от других был очень грузным и рыхлым. Его не любили и не слушались даже псы. Он был новичком, чужим в горах и волки это почуяли сразу. Едва загорелась на небе первая звезда, стая снова окружила отару, но уже с другой стороны, где огонь костра не доставал кустов. Но, едва они вышли к отаре, на них набросились псы. Они защищали овец остервенело, клыками и когтями, лапами и мощными ударами грудью. Волки уже много раз встречались с пастушьими псами, но они не были такими рослыми, сильными, их шерсть не была столь густой и длинной. Сквозь нее мудрено достать собачье горло или бок. Сбить такого пса слишком сложно, они вдвое крупнее волков. Раньше стая не сталкивалась с ними. Собаки лежали у костра. А сегодня, что с ними случилось?
Мишка первым понял, что произошло, и на бегу выстрелил вверх. Несколько волков выскочили из драки, убежали, скрывшись под покровом ночи. Но…другие оказались голоднее и решили не уступать псам. Молодая волчица уже схватила за горло огромного кобеля, придавившего ее спиной к земле. Нет, он не собирался разносить зверюгу в клочья, хотел отпугнуть, прогнать навсегда от своей отары, но волчица оказалась коварной и прокусила горло псу. Тот взвизгнул. И тут же рослая, лохматая сука полосонула бок волчицы клыком, распорола и впилась ей в глотку всей пастью. Волчица взвыла в последний раз. Помочь ей было некому. Вторую волчицу уже разорвали в клочья две собачьи суки и теперь облизывая окровавленные морды наблюдали за схваткой кобеля и вожака волчьей стаи. Кобель уже разорвал плечо волка. Тот прокусил псу ухо. Другое не достал, старым стал, сточились, ослабли клыки. Но кобель не отстанет. У него еще много сил. Он будет долго нагонять волчью стаю. Скольких он погубит этой ночью? Конечно, можно резко развернуться и убежать от своры. Но, тогда его разорвут свои волки. Слабому вожаку нет места в стае. Это хорошо помнили и знали все звери.