Соня задумалась.
Раньше ее друзьями были просто хорошие дети — добрые, веселые, интересные. Выбор основывался на характере, общих увлечениях, способности понимать и поддерживать друг друга. Теперь оказывается, что дружба должна быть выгодной? Что человеческие качества менее значимы, чем социальный статус и материальные возможности? Мама говорила об единомышленниках, но какие мысли должны быть едиными у детей богатых родителей? Презрение к бедным? Уверенность в собственном превосходстве? Или нечто более глубокое и сложное?
Здание школы поразило ее в самое сердце.
Действительно, перед ними был дворец — пятиэтажное сооружение из белого мрамора с колоннами, балюстрадами и множеством скульптур. Архитектура сочетала элементы разных эпох: классические портики соседствовали с готическими арками, барочные украшения переплетались с модернистскими линиями. Создавалось впечатление, что здание строилось веками, каждое поколение добавляло что-то свое, но общий замысел оставался неизменным. Над главным входом красовался герб школы: раскрытая книга, над которой парил глаз в треугольнике. Тот самый символ из ее сна, который теперь встречался повсюду, как навязчивая мелодия.
"Опять совпадение?" — подумала Соня, но сердце билось все чаще.
Мрамор фасада был украшен тончайшей резьбой — растительные орнаменты переплетались с геометрическими фигурами, среди которых угадывались все те же загадочные символы. Пентаграммы скрывались в переплетении виноградных лоз, спирали маскировались под розы, а глаза в треугольниках выглядывали из каменных цветов. Обычный человек воспринял бы декор как красивое, но безобидное украшение. Однако после утреннего разговора с отцом Соня смотрела на каждую деталь под новым углом.
В холле школы царила атмосфера музея.
Мраморные полы, по которым эхом отзывался каждый шаг, создавали ощущение священного пространства. Стены высотой в три этажа были украшены портретами выдающихся выпускников — все в дорогих рамах с табличками: "Министр экономики 2018-2023", "Председатель совета директоров банка 'Империал'", "Верховный судья Конституционного суда". Лица на портретах поражали сходством — все как на подбор имели аристократические черты, холодные умные глаза и выражение спокойной уверенности в собственном превосходстве. На потолке красовалась фреска с изображением древних мудрецов, передающих знания молодым ученикам. Но при ближайшем рассмотрении оказывалось, что старцы держали в руках не свитки с текстами, а символические предметы — жезлы с глазами, пирамиды, циркули и угольники.
Больше всего Соню поразили сами ученики.
Они выглядели как актеры из дорогого фильма — идеальные лица без единого изъяна, безупречные прически, одежда от кутюр. Девочки двигались с грацией моделей, каждый жест был продуман и изящен. Мальчики держались как молодые принцы, в их осанке читалась врожденная привычка к власти и повиновению окружающих. Разговаривали они тихо, почти шепотом, но каждое слово звучало весомо, как решение суда. В их глазах было что-то неуловимо странное — слишком взрослое выражение для подростков, какая-то холодная расчетливость, которая обычно приходит с годами. Словно детство закончилось для них гораздо раньше положенного срока, уступив место более серьезным и мрачным заботам.
— Соня Михайлова? — К ней подошла женщина в строгом костюме. — Я Елена Викторовна, заместитель директора по воспитательной работе. Добро пожаловать в нашу семью.
Слово "семья" прозвучало особенно значимо.
Елена Викторовна произнесла его так, будто школа действительно была чем-то большим, чем просто учебное заведение. В ее тоне слышались нотки торжественности, как будто она принимала Соню в древний орден или тайное братство. Сама завуч выглядела строго, но элегантно — седые волосы убраны в безупречную прическу, костюм сидел как влитой, на шее поблескивало ожерелье из жемчуга. Но больше всего внимания привлекала брошь на лацкане пиджака — золотая пирамида с глазом наверху. Тот же символ, который Соня видела повсюду с утра.
— Ваш класс — 11-Б, элитная группа. Там учатся самые... особенные дети, — завуч говорила тоном, будто посвящала в государственную тайну. — Думаю, вы быстро найдете общий язык с единомышленниками. У них такие же взгляды на жизнь, такое же понимание своего места в мире. Все из семей, которые... скажем так, обладают определенным влиянием и знаниями.