41
Штаб-квартира ЦРУ, Лэнгли, Вирджиния
Уайли принял звонок у себя в кабинете.
— Их держат в городском полицейском участке. — Соединение по закрытой телефонной линии с посольством США в Берлине было удивительно чистым. Докладывал начальник резидентуры Брендон Грей. — Все средства массовой информации буквально раскалились добела…
— Не в последнюю очередь это происходит из-за того, что пресса — как и я сам — теряется в догадках, какого черта два человека в вязаных шлемах напали на этот проклятый мусоровоз!
— У них были инструкции следовать за сотовым телефоном и ликвидировать Тутанхамона и Нефертити, — оправдываясь, заявил Грей. — Сомнений, что телефон находится в грузовике, практически не оставалось, но наших мишеней там не было и близко.
— Никто там не натолкнулся на то, что могло бы указывать на их связь с нами? И что, собственно, с сотовым телефоном?
— Нет, сэр. Открыли сильный огонь, и телефон, видимо, был уничтожен. Должен сказать, что я беспокоюсь за наших агентов. Германия отменила смертную казнь еще в 1949 году, но настроения здесь такие, что могут и вновь обратиться к этой практике, как раз в данном случае. Любой из них может заговорить.
— Мы не должны этого допустить! Ликвидировать их обоих.
— Даже если нам удастся найти кого-то, кто будет готов сделать это и получит доступ в камеру, — с сомнением заметил Грей, — это будет очень дорого стоить.
— Мне абсолютно наплевать, сколько это будет стоить. Найдите кого-нибудь там, внутри!
Уайли с размаху швырнул трубку на рычаг шифровального устройства, вскочил из-за своего письменного стола и нервно зашагал по кабинету. Германский канцлер уже назвала эту автокатастрофу бойней, и она требует объяснений. Он подумал о том, что нужно бы ввести в курс нового директора, но тут же отбросил эту мысль. Прежний режим просто отрицал бы любую свою причастность, но, если об участии в этом ЦРУ станет известно новому президенту, для Уайли все будет кончено. А четырьмя этажами ниже разгорелся горячий спор между Ларри Дэвисом и Эллен Родригес.
— Господи, Ларри! Я понятия не имею, что должны были сделать О’Коннор и Вайцман, чтобы так достать наше руководство, но это путь к полной потере контроля за ситуацией! — Зеленые глаза Родригес сверкали. — Десять человек погибли, включая двоих детей, и все из-за того, что мы отправили туда банду убийц. Пальба любителей по всему, что движется!
— Если вам, Родригес, не хватает пороху заниматься серьезными вещами… — В комнату широким шагом вошел Уайли. — Что у нас есть, кроме этого хаоса в Геттингене?
Дэвис почесал свою лысую макушку.
— Похоже, что наши мишени находятся не в Геттингене, а в Бад-Аролсене, — сказал он, бросив при этом взгляд на Родригес. — Мы заглянули в книгу посетителей, и Нефертити зарегистрировалась там под своим настоящим именем.
— А почему же она использовала свое настоящее имя?
Дэвис пожал плечами, и тогда в разговор вступила Родригес:
— Возможно, потому что поиск документов необходимо заказывать заблаговременно, а когда Вайцман звонила в Международную поисковую службу, она еще не знала, что окажется у нас под прицелом.
— Тутанхамон был с ней?
— Ее сопровождал мужчина, который подходит под его описание, — быстро ответил Дэвис.
— И где же они сейчас?
— Мы точно не знаем, но посылаем своих агентов в Бад-Аролсен, — сказал Дэвис.
— Что я считаю большой ошибкой.
Уайли повернулся к Родригес.
— Почему?
— Во-первых, потому что Германия — это не какая-то там страна третьего мира, где убийства являются частью повседневной жизни, — ровным голосом ответила Родригес. — Все, начиная от самого канцлера, требуют сейчас объяснений последних событий в Геттингене, и полиция по всей стране находится в состоянии повышенной боевой готовности. Если мы начнем собирать агентов в такой маленькой деревне, какой является Бад-Аролсен, это только привлечет к ней нежелательное внимание. Во-вторых, крайне маловероятно, чтобы наши мишени по-прежнему оставались там.