– Я вспомню.
– Ха! Не верю, доктор. Это просто ваша работа. А я – просто медкарта, которую вы сдадите в архив.
– И я буду виноват в том, что не выполнил свою «простую» работу как следует. Держитесь хотя бы ради меня.
– Я ничего не гарантирую! Трудно держаться, когда соседей, – одного за другим, – выносят вперёд ногами. Я не сильно с кем-то общаюсь, но так странно жить среди этих безжизненных кукольных домиков. Не думал, что окружающая действительность может быть ещё мертвее, чем есть… Государство хорошо показало свою заботу: запереть, бросить и выбросить!
– Вы слишком отчаиваетесь! Не забывайте, что вы сейчас не можете адекватно воспринимать обстановку. Соблюдайте все режимы и постарайтесь быть попроще: не пытайтесь думать за государство – у них там своя логика. И это пока не ваша забота. Давайте сначала научим вас думать о себе. Ведь, в первую очередь, вы забросили самого себя. А всё потому, что у вас искажены мировоззрение и мироощущение. Плюс ваши старые проблемы. И наша задача – всё это исправить.
– Да я уже как-то привык… Теперь мне не страшно.
– Но вы же ко мне пришли! Значит, что-то вас смущает. Давным-давно вы потеряли связь с реальностью, и сейчас мы пытаемся вспомнить, с чего всё началось. Может, это и не сбой, а просто защитная реакция на какой-то стресс, воспоминание, переживание.
– Да уж! Хорошо так защитился – что и жить стало незачем!..
– Лучше скажите «спасибо» своим нервам! Что бы там у вас ни случилось, они вам рассудок спасли! С минимальными потерями. Вам ещё повезло, что они среагировали раньше вас. А то б не сидели мы тут…
– Но почему я? Я мог бы просто умереть самим собой. А теперь, как бы, живу и туплю: кто я такой, и зачем я здесь?..
– Вы слишком поздно зашевелились. Ваше состояние уже не просто запущенное – оно хроническое. Пришли бы тогда сразу, пока всё было свежо, так мы бы что-нибудь придумали… А теперь нужно разбираться.
– Да я уже устал разбираться! Думал, что хуже быть не может, а тут коронавирус прилетел. И начался полный бардак – и у меня, и вокруг меня. Это самый настоящий кошмар…
– Вам всё ещё кажется, что вы спите. Естественно, вы устали от этого бесконечного сна. Вот я и пытаюсь вас разбудить. Пока ещё пытаюсь без лишнего шока. А вы мне всячески мешаете – отчаиваетесь, паникуете и впадаете в крайности. Вот совершите вы глупость, и что дальше?..
– А вдруг это – как раз тот самый шок, который мне и нужен? Вдруг всё закончится…
– Всё закончится. Для вас. Вы думаете, что проснётесь? Нет! Вы ещё глубже уснёте. Навсегда.
– Почему вы за меня так переживаете? И что вы во мне нашли?
– Во-первых, я ваш лечащий врач, а вы мой пациент. Я дал клятву Гиппократа и знаю, что такое долг! Во-вторых, на меня полагаются люди, которым вы небезразличны. Хотя вы, может, об этом и не думаете. Ну а в-третьих, вы просто интересная личность.
– Интересная для чего? Для опытов? Для порицаний? Для клеветы?
– Согласен и не согласен! Все мы, в некотором роде, подопытные кролики. А вас я действительно должен предметно изучить – чтобы помочь вам же. Насчёт порицаний – все мы непроизвольно судим друг друга. Но вас я не осуждаю, потому что вы ни в чём не виноваты. Вы просто заблудились. А насчёт клеветы – увы, есть болтуны, склонные сплетничать. Но я уже сказал о профессиональном долге, и врачебную тайну буду хранить строжайшим образом!
– Но чем я интересен как личность?
– А это вам видней. Может быть, вы тот самый политик, который всё изменит? Но проблема в том, что вы неинтересны самому себе.
– Доктор, какая мне политика – с моей-то биографией?!
– Все мы «с биографией». Помните, что здоровых нет нигде! Есть недообследованные. Для начала просто поверьте в себя и проявите к себе интерес!
– Да тут поневоле утратишь интерес к чему угодно, – даже к себе любимому, – когда осознаешь, что неинтересен собственному государству!
– Пассивная гражданская позиция…
– Да я, в принципе, аполитичен.
– А политика тут даже и ни при чём. Кстати, а вы по поправкам голосовать пойдёте? Не спрашиваю, «ЗА» или «ПРОТИВ».
– Нет. Я против, но у меня другие планы…
– А какие, если не секрет? Бойкотируете?
– На митинг пойду…
– Уже лучше. А говорите, аполитичны. То есть вы чётко дали себе «мораторий»?
– Типа того.
– А потом?
– Видно будет. Может быть, меня за это осудят… Окажусь на скамье подсудимых, которую смогу использовать как трибуну. И я не боюсь наказания.