— Подожди, ты говаривала с Баджем? Даже если он планирует стереть нас с лица земли?
— Он не планирует нас стереть с лица земли. Просто послушай — сказала она, когда я снова начал перебивать — Бадж видел нас с тобой вместе на праздничном вечере в апреле. Он рассказал мне о вашей стычке в его особняке. Я заверила его, что ты не представляешь угрозы и больше не доставишь ему хлопот.
Снова этот проклятый профессорский тон. Во мне вспыхнуло негодование.
— Спасибо, но я сам могу справиться со своими проблемами.
— Нет, если Пенни проснется — сказала Кэролайн.
— Что ты имеешь в виду?
— Бадж не уверен, что сможет её контролировать.
— Мы уже позаботились об этом — сказал я.
— Если ты говоришь о той информации, которая у тебя на них есть … Послушайте, Бадж хорошо подготовился. Кампания "Сочувствие" защищает его жену, пока она в коме. Раскрой что-нибудь о её природе оборотня сейчас, и общественность съест тебя живьем. Это удвоится, когда программа искоренения наберет обороты. Общественность воспримет это как клеветническую кампанию. Это означает, что если Пенни проснется, у нее будет карт-бланш, чтобы напасть на тебя.
Я уже рассуждал подобным образом, но отказался проявлять слабость.
— Я перейду этот мост, когда доберусь до него — сказал я.
— Ради твоей безопасности — продолжила Кэролайн — я думаю, тебе следует на некоторое время приехать в царство фей в качестве нашего гостя.
— Нашей, то есть твоего и Ангелуса? — Я покачал головой — Забудь об этом.
— Просто пока мы не сможем оценить ситуацию и посмотреть, к чему приведет программа искоренения. Обычно фейри не вступаются за тех, кто не принадлежит к фейри, но для тебя я подготовила исключение.
Я взмахом руки попросил её остановиться.
— Конечно, ты можешь взять с собой свою кошку — сказала она.
— Послушай, Кэролайн. Я понимаю, что тебе неприятно из-за того, что произошло между нами, и ты хочешь попытаться загладить свою вину. Но я не нуждаюсь в благотворительностью. Я могу о себе позаботиться.
— Не против тех сил, которые могут собраться.
Серьезность в её голосе соответствовала тяжести её взгляда: что бы это ни было, она чего-то недоговаривала. Я хотел надавить на нее, но гордость не позволила. Я встал из-за стола.
— Спасибо, что заглянула — сказал я.
— Эверсон...
Я подошел к двери класса и открыл ее. Через мгновение она встала и направилась ко мне.
— По крайней мере, пообещай мне, что подумаешь об этом. У тебя все еще есть мой номер телефона. Оставь мне сообщение.
— Я оставил несколько сообщений еще в апреле — холодно сказал я.
Она сделала неуверенное движение, чтобы обнять меня, но я отступил на шаг и уставился в точку прямо над её головой. Через мгновение Кэролайн сдалась и покинула мой класс и, скорее всего, мою жизнь.
Скатертью дорожка.
— У меня все пакеты со льдом промокли — надулась Табита, когда я повесил трость на вешалку и запер за собой дверь квартиры.
Я посмотрел туда, где на диване развалилась моя кошка, и вентилятор обдувал оранжевые волосы с её прищуренных глаз. её насест представлял собой систему охлаждения, которую я специально для нее соорудил: большую кошачью лежанку, установленную поверх мешков со льдом. Пакеты были наполнены водой, один из них упал на пол и протекал.
— Да, да — вздохнул я — Поднимайся, я их поменяю.
— Невыносимая жара — пожаловалась она, вставая с кошачьей лежанки и потягиваясь — Ты можешь что-нибудь с этим сделать?
— Я же говорил тебе, мы стоим в очереди к специалистам по кондиционированию воздуха.
Она остановилась и посмотрела на меня.
— Ты выглядишь как ходячая смерть.
— Просто тяжелое утро в колледже.
— О, конечно — сказала она — Рассказывать истории аудитории из впечатлительных молодых женщин, которые смотрят на тебя с восхищением и хлопают ресницами. Должно быть, это чертовски мучительно.
— Это не имеет никакого отношения к моим занятиям, и следи за своим языком — Я взял пакеты с капельницами и отнес их в кухонную раковину.
— Расскажи.
— Спасибо, но нет.
Я чувствовал на себе её проницательный кошачий взгляд, пока вынимала содержимое пакетов и насыпал в них свежий лед. Жара в сочетании с неработающим кондиционером настроили Табиту еще более враждебно, чем обычно. Она искала возможность подколоть меня. Я не собирался давать ей такой совет.
— Ну, если ты не скажешь мне, в чем дело — сказала она — как я смогу тебе помочь?
— Ты поможешь мне? — Я рассмеялся — Это круто.