Из-под черных, как ночь, волос, собранных сзади в конский хвост, её профессиональный взгляд оценивал происходящее. Она не обрадовалась, услышав мой голос, когда я позвонил ей из автомата. К чести Веги, она не повесила трубку. Теперь она вела себя холодно и бесстрастно, как будто мы никогда не работали вместе, никогда не помогали друг другу. Это задело меня так, как я не ожидал.
— Трогал что-нибудь? — Повторил я — нет.
Она наклонилась к леди Бастет и осмотрела рану на шее
— Ты сказал, что дверь была заперта, когда пришел сюда?
— Заперта на засов. Но её защита была ослаблена.
Детектив Вега, казалось, проигнорировала мое последнее замечание, двигаясь по комнате осторожно, чтобы ни на что не наступить.
— Что ты здесь делал? — Вопрос граничил с обвинением.
— Я попросил леди Бастет прочитать кое-что, что я оставил сегодня утром — Пока я говорил, Вега продолжала осматривать место происшествия — Я вернулся посмотреть, закончила ли она с этим.
— Что это был за предмет?
— Прядь волос моей матери.
Вега пробормотала что-то о загрязнении места преступления, но сменила тему допроса.
— И она сидела вот так, когда ты пришел? — спросила она, стоя сбоку от леди Бастет — Ты не поднимал её с пола, не поправлял, ничего такого?
— Нет.
— Когда ты раньше оставлял волосы, ты заходил в эту комнату?
— Да.
— Ты можешь сказать, не пропало ли чего-нибудь?
Я оглядел разгромленную комнату. Она это серьезно?
— Послушай — сказал я, подходя к ней и понижая голос, хотя мы были одни — Те оборотни, с которыми мы сражались в особняке мэра? Я думаю, это они сделали это. Пенни и её муж знали, что леди Бастет передала дочь Пенни на чье-то попечение, но они не знают, на чье. Это могло быть...
Вега раздраженно покачала головой.
— Просто ответь на вопрос.
Я собрался с духом. Если и было время высказаться, то только сейчас.
— Как бы то ни было, не проходит и дня, чтобы я не сожалел о том, что сделал — сказал я — чтобы я не думал об опасности, которой подверг твоего сына. И вот снова: я сожалею. Я действительно сожалею. Но не могли бы мы отложить это на потом? — Я покосился на леди Бастет — Есть большая вероятность, что мы наблюдаем за работой волков. Что тоже подвергает нас опасности.
Вега повернулась ко мне лицом, уперев руки в бока.
— Это официальное расследование, под юрисдикцией полиции Нью-Йорка — её глаза впились в мои — Кроме того факта, что ты был первым свидетелем происшествия, никаких "мы" нет. Понятно? Теперь ты можешь сказать, пропало что-нибудь или нет?
На её лице ничего не отразилось. Я раздраженно выдохнул и повернулся от Веги к столу. Магический шар стоял перед леди Бастет, скатерть была аккуратно сложена с одной стороны. Я осмотрел каменную поверхность стола в поисках волос моей матери. Ни там, ни на полу вокруг стола. Я еще раз окинула взглядом разгромленную комнату.
— Ничего очевидного — сказал я.
— Вот черт — воскликнул кто-то из главной комнаты, без сомнения, обнаружив мертвых кошек.
Я обернулся, когда человек, шаркая, направился к нам, и вскоре его тело заполнило дверной проем, по крайней мере, его ширину. Когда он увидел меня, его лицо сморщилось, как будто кто-то ударил его в нос. Я недоверчиво покосился на него.
— Хоффман? — сказал я — Какого черта ты здесь делаешь?
— Это детектив Хоффман — ответил он — И я мог бы спросить тебя о том же. Я думал, мы не продлили твой контракт на восемьдесят шесть месяцев.
Я повернулся к Веге.
— Но он продавал информацию Моретти!
— Да, или, может быть, я его подставлял — парировал Хоффман — Ты когда-нибудь думал об этом, умник?
По прищуренному взгляду Веги я догадался, что она сообщила о своем напарнике только для того, чтобы получить по заслугам и отправить его обратно на работу. Для департамента настали тяжелые времена: сокращения персонала, ослабление общественного доверия. Последнее, что они могли себе позволить, это еще одно расследование коррупции в полиции.
— Дверь надежно заперта? — спросила его Вега.
Хоффман бросил на меня последний сердитый взгляд.
— Да, у входа стоит пара полицейских в форме. Что происходит? — Он посмотрел на леди Бастет сверху вниз и улыбнулся сквозь жевательную резинку, которую жевал — Кто-то расстроился из-за своего предсказания?
Вега заметила, как я сжал кулаки, и встал между нами.
— Мы позвоним, если у нас возникнут еще какие-нибудь вопросы.
Я продолжал сверлить взглядом Хоффмана, который расхаживал по сцене со своей дурацкой улыбочкой. Слова Веги дошли до меня, только когда я заставил себя сделать глубокий вдох, чтобы успокоиться.