Но когда я уловил запах кожи и мускус, я понял, что сделал Арно. Он выпустил аэрозоль, который высвобождал гормоны в наш организм: "Сражайся или убегай". По той же причине он заставил бармена переключить канал, вместо того чтобы использовать свою вампирскую силу убеждения. Арно хотел спровоцировать конфронтацию, чтобы подчеркнуть свою точку зрения о том, что город настроен против нас. Хотя мое сердце бешено колотилось от желания вступить в конфликт, я откинулся на спинку стула. Однажды я уже сыграла на руку Арно. Больше такого не повторится.
— Послушайте, ребята — сказал я, делая глубокий вдох, чтобы успокоиться — Я из плоти и крови, как и вы. Я пришел сюда не для того, чтобы создавать проблемы, которые в любом случае были бы довольно тяжелыми для кого-то вроде меня — Я поднял свою трость в качестве подтверждения инвалидности.
— Привет, Билл!
Я оглянулся и увидел третьего бармена, которого я потерял из виду, выходящего из задней части бара с дробовиком в руках. С приклада пистолета капала вода — Он лежал в туалете. Этот шутник, должно быть, уронил его туда, когда заходил в туалет.
Бармен Билл нахмурился.
— Принеси это сюда.
— Вообще-то, эта трость принадлежала моему деду — сказал я, придав энергии своему волшебному голосу, чтобы привлечь их внимание ко мне — Отчасти это средство для ходьбы, отчасти новинка. Вы можете разглядеть этот камень?
Три барменши посмотрели друг на друга, затем на белый опал.
— И что с этим? — спросил я.
Билл зарычал. Он схватил свое ружье и начал насухо вытирать приклад полотенцем. Я заметил дрожь в его руках, срывающийся голос. Токсин Арно все еще действовал на него. Он не собирался отпускать меня из своего бара без боя.
— Если присмотреться повнимательнее — сказал я — то можно разглядеть "Мисс Джун из журнала "Плейбой" 1948 года" — Собравшись с силами, я наблюдал за глазами Билла. Когда, наконец, они уставились на опал, я крикнул — Иллюминаре!
Яркий свет ударил им в лица. Со стороны отшатнувшихся мужчин послышались крики. Я забрался на стойку, чтобы избежать их полукруга. Бармен Билл потянулся ко мне, но я уже сделал первые шаги к бегству. Пепельницы и пивные бутылки полетели у меня из-под ног. Дробовик выстрелил, и полка с бутылками из-под спиртного взорвалась. Стекло и алкоголь посыпались мне на спину.
В дальнем конце бара я спрыгнул на землю. Билл направил свой дробовик на звук.
— Энергия! — Крикнул я, используя заклинание силы, чтобы толкнуть двух спотыкающихся барменов в Билла. Бармен неуклюже попятился, выстрелив из дробовика в потолок. На них посыпались куски штукатурки.
Я открыл дверь, и передо мной предстали яркие очертания Вест-Виллидж, а затем запечатал дверь за собой запирающим заклинанием. Остановив проезжавшее такси, я забрался внутрь, прижавшись мокрой спиной к сиденью.
— Куда едем? — спросил таксист.
— Мидтаунский колледж — выдохнул я — Я опаздываю на урок, который должен был вести.
— В таком виде?
Я проследила за его прищуренным взглядом, устремленным на мою пропитанную алкоголем рубашку. Отлично. Кровь из разбитого стекла проступила на ткани над моим левым плечом. Спина, вероятно, тоже кровоточила.
— Просто веди — сказал я — Быстро.
Когда такси отъехало от тротуара, я огляделся по сторонам, чтобы убедиться, что Билл и остальные не сбежали из бара. Но в целом я хотел убедиться, что программа ликвидации еще не началась. Как это будет выглядеть, я понятия не имел. Усиленное присутствие полиции? Мистики и прорицатели повыскакивали из своих магазинов? Волшебники в наручниках на руках и ногах, с заклеенными ртами?
Я отодвинулся на середину заднего сиденья, подальше от города, который внезапно показался мне враждебным.
Будь ты проклят, Арно.
4
Сменив рубашку и наскоро приведя себя в порядок, я выскользнул из преподавательского туалета и, убедившись, что путь свободен, побежал в свой класс, хлопая кожаным ранцем по бедру.
Я завернул за угол и чуть не врезался в профессора Снодграсса. Миниатюрный заведующий моим отделом, пошатываясь, заходил по кругу и упал бы, если бы я его не подхватил. Раздраженно оттолкнув мои руки, он поправил свои маленькие очки. Он пристально посмотрел на меня, прищурившись.
— Профессор Крофт! — воскликнул он, покраснев от гнева.
— О, привет, извини за это — сказал я, виновато махнув рукой, и попытался проскочить мимо него. С тех пор, как год назад состоялось слушание, на котором Снодграсс потребовал моего увольнения, мне удавалось оставаться вне поля его зрения. Отчасти это было связано с тем, что я приходил на занятия вовремя. С другой стороны, я старался избегать его, когда это было возможно. Я только что умудрился упустить и то, и другое.