– Мне жаль…
– Ах, теперь тебе жаль?
– Жаль, правда… – голос отца был печальным и усталым. Моника заметила это, но вместо того, чтобы успокоится, продолжала:
– Если бы тебе по-настоящему жаль, ты бы так не поступал.
– Не все так просто, Мони…
– У тебя всегда так. И как итог мы видимся только два раза в году. Твои долбанные льды важнее дочери!
– Мони, перестань…
– Нет, папа! Разве я говорю неправду? Тебя нет рядом! Никогда и не было! Даже, когда умерла мама!
С этими словами Моника прервала разговор. Больше они не общались. Два месяца – ни звонка, ни сообщения. И вот, сейчас…
Моника еще сильнее вжалась в подушку, ее тело конвульсивно содрогалась от рыданий.
Она помнила печальный, уставший голос отца. Голос, который больше никогда не услышит.
Глава 7
Новый Орлеан.
Штат Луизиана.
Один из самых красивейших городов Американского континента располагался на юго-востоке штата, на обоих берегах реки Миссисипи вблизи ее впадения в Мексиканский залив.
Новый Орлеан по праву можно назвать мировой столицей джаза, а визитной карточкой стал стадион Мерседес-Бенц Супердоум, построенный еще в 1975 году и выдержавший все природные стихии, в том числе и ураган Катрина в 2006 году.
Шон Льюис, тренер футбольной команды Нью-Орлеан Сэйнтс ехал на своем Порше по Эрхарт бульвар, по направлению к стадиону, где его команда сегодня должна была проводить выставочный матч с Аризона Кардиналс, когда зазвонил телефон.
Шон нажал кнопку на гарнитуре.
– Да.
– Шон, у нас проблемы! – это был Хосе Рианчо, его главный помощник и главная заноза в заднице.
– Что случилось? Террористы подложили бомбу?
– Что? Нет, все гораздо хуже. Мне звонил Боб.
Хосе сделал паузу.
Шон скривился словно от резкой зубной боли. Он в своей жизни знал трех Бобов, один мертв, второй в тюрьме, третий его сын – ни один из них не мог звонить Хосе.
– Я его знаю?
– Если бы я был вами, я бы ответил.
– Так скажи, кто он, идиот! У меня нет времени на головоломки!
– Боб – новый агент Клэренса.
– А что с прежним?
– Его бросила жена, и он бросился за ней куда-то в Орегон.
– Не может быть.
– Может. Теперь у Клэренса новый агент. И он черный.
– Насколько черный?
– Что?
– Я так, сам с собой. – Шон плавно свернул на Сент-Чарльз авеню. – Я уже подъезжаю.
– Ты еще не слышал плохой новости.
– Так это была хорошей?
– Боб требует перезаключить контракт на новых условиях.
– Он что, пьян?
– Не исключено.
– Мы не будем перезаключать контракт. Он рассчитан еще на два года. По истечению срока обсудим варианты.
– Я так ему и сказал.
– И?
– Он отдал телефон Клэренсу
– И?
Хосе молчал.
Шон почувствовал легкое головокружение.
– Ты чего замолк? Выкладывай давай.
– Ну… – Хосе прочистил горло. – Клэренс тоже в деле.
Шон ударил по рулю. Он проезжал полукруг по кольцу, впереди виднелась площадь Лафайета, и по традиции он должен был остановиться на минуту, как обычно делал перед игрой, однако сейчас было не до этого.
– Ладно. Я буду через пять минут.
– Мы не можем потерять лучшего квотербека.
– Я же сказал, сейчас буду.
Шон отключил гарнитуру и уставился на дорогу прямо перед собой.
Через минуту свернув на Канал-стрит, а затем на Грейвьер-стрит он добрался до Шугар Боул Драйв и оказался на крытой парковке.
Мерседес-Бенц Супердоум – строили четыре года и потратили на него 180 миллионов долларов. Не зря – как Шон убеждался в этом всякий раз. Диаметр купола – 230 ярдов, высота – как у 27-этажного дома. Стадион рассчитан на 95 000 зрителей, а автомобильная стоянка на 5000 автомобилей и 250 автобусов. В здании нет окон, но зато есть климатическая установка с электронным управлением. На огромных видеоэкранах демонстрируются повторы, если идет матч, появляются информация или развлекательные программы. Кроме футбольного поля здесь есть многочисленные залы где проходят концерты, балы, соревнования по боксу и баскетболу, торговые выставки и другие мероприятия; кроме этого – два ресторана, один клуб и множество баров. Когда только стадион был сдан в эксплуатацию, критики сравнивали его с огромной суповой миской, или с огромной шарообразной дверной ручкой, но сомнения в том, что это здание на редкость многофункционально, не выразил никто.
Оставив Порше на парковке, Шон зашел в здание, прошел мимо турникетов, спустился на одном из тридцати двух эскалаторов, прошел сеть многочисленных переходов и коридоров, и оказался в своем кабинете, где его уже ожидал Хосе.