Меня заинтересовала пещера, находящаяся в углублении, её вход напоминал форму огромного зеленого листа дерева с уголками по обе стороны.
Я спустился внутрь.
Пол под моими ногами стал скрипеть и раскачиваться. Я оказался в тёмном деревянном помещении в котором стояли большие бочки, валялись свернутые канаты, завязанные тюки с неизвестным содержанием. Помимо этого, справа от меня был склад оружия: мечи, копья, луки со стрелами. Также рядом лежали рыболовецкие сети и гарпуны. Пахло морским бризом и гнилыми яблоками. Прямо передо мной в полутьме стоял человек. Он вынул что-то из деревянного ящика, напоминающее подобие кирпича или плотной плитки, и выбежал по деревянной лестнице наверх. Я подошёл к ящику, приоткрыл и увидел пчелиные соты с мёдом. Еще немного походя кругами, я решил подняться наверх. Выйдя на улицу, я очутился на деревянной корме корабля, вдоль бортов которого сидели гребцы с вёслами и рьяно работали увеличивая скорость судна. Прямо по центру, к мачте, ремнями, был привязан человек, достаточно высокого роста и крепкого телосложения. Ощущения, что он в чем то провинился, не было, скорее хотелось назвать его лидером, но его связанное положение отбрасывало такие мысли за борт понимания. Внезапно я услышал сладкоголосое, манящие женское пение где то вдалеке, которое с каждым взмахом весел приближалось, становясь громче и захватывая всё моё внимание. Мужчина привязанный к мачте начал ворочаться, чаще дышать, безумными глазами пытаясь найти источник звука. Мне стало не по себе, и я тоже начал смотреть по сторонам. Я увидел белеющий вдали остров, откуда по всей видимости и доносилось манящее пение. Мне не терпелось приблизиться к нему и слиться с этими звуками воедино. Я был заворожён. Вскоре, я увидел на острове ту самую девушку в темно-синем платье с белыми огоньками в ушах, чудесным голосом издающую сладкое пение, пьянящее, ласкающее душу, будоражащее всё внутри меня. Рядом с ней находились существа, которых я никогда раньше не встречал. Они были похожи на женщин с телами птиц. Некоторые из них кружили над островом, другие же просто пели расправляя крылья и зазывая нас к себе. Когда наш корабль приблизился, я заметил, что остров казался белым совсем не из за песчаного пляжа. Это были сверкающие белизной человеческие кости, но в тот момент, меня это почему то нисколько не смущало. Она, та самая девушка заполонившая всё моё сознание, пела для меня, и я на огромной скорости сквозь морскую гладь двигался в её направление.
Мужчина привязанный к мачте стал вырываться и во всю силу кричать, приказывая его развязать, но гребцы будто бы не слышали его. Заметив странные жесты бровями, двое мужчин подскочили к нему и начали связывать его ещё сильнее, крепче затягивая ремни и верёвку. Я совсем не понимал что происходит, но меня это и не волновало. Она звала меня! И сейчас я был готов к встрече. Моё тело было переполнено жаждой.
Увидев, что корабль проходит мимо острова, а совсем не двигается к нему я не выдержал и прыгнул за борт, вынырнув из пещеры и оказавшись на травянистом полу в одном из коридоров Олимпа.
Осознание того, что всё снова было как в заправду, и я в очередной раз повёлся на провокацию пещеры, вызывало во мне чувства раздражения и несправедливости.
Ко мне тут же подбежали люди сообщества, подняли меня и спросили всё ли в порядке. Я успокоил их волнение, поблагодарил и пошёл узнать не освободилась ли манящая меня пещера. Проходя через главную арку Олимпа я заметил что туман приблизился и в данный момент им заволокло большую часть леса. Мне стало немного не по себе, но откладывать своё дело я не хотел, поэтому решительным шагом направился на третий уровень левой стены. Тёмно синяя пещера была свободна и я буквально вбежал в неё.
Было достаточно жарко. Я стоял, окружённый толпой людей на каком то восточном рынке или на центральной площади. Неподалёку возвышалось одноэтажное здание, похожее на храм с орнаментами людей в страшных масках. Было достаточно шумно. Гремели кастрюли, люди говорили что то друг другу на повышенных тонах, то ли торгуясь, то ли к чему то призывая, где то кричал будто бы только что родившийся ребёнок, кто то играл на струнных инструментах, сопровождаемых духовыми, мычали проходящие коровы, с другой стороны шумели азартные игроки.