Но вот беда — проклятая нулевка никак не желала проникнуться торжественностью момента. Вместо того, чтобы честно сойтись грудь на грудь и померяться силушкой молодецкою, она предпочитала уворачиваться, парировать и прыгать вокруг своей постепенно свирепеющей соперницы, без конца ускользая от решающего удара и навязывая свой ритм боя. В ярости Тайга искусала нижнюю губу в кровь, пытаясь успеть за оппоненткой или хотя бы не дать той себя зацепить, но тщетно. С начала боя не прошло и десяти минут, а клинок соперницы уже несколько раз пробовал на прочность ее броню и даже успел нанести пару легких ранений. Одно из них — глубокая царапина на запястье — при всей своей кажущейся безобидности мешало махать мечом с прежней скоростью.
— И это все, на что ты способна??? — в бешенстве прорычала Тайга, в очередной раз не сумев достать отскочившую оппонентку. Та традиционно ничего не ответила. Но Боги, несомненно следящие за их великим противостоянием, не оставили столь неспортивное поведение безнаказанным.
Внезапно ступня Чиары соскользнула в образовавшуюся в песке рытвину, и ее нога подвернулась. Девушка на мгновение замешкалась, но этого мгновения оказалось достаточно. Тайга яростно взревела, и ее огромный двуручник со свистом пошел вниз, рассекая воздух. Сейчас, наконец-то, настал долгожданный миг ее триумфа. Лезвие меча кровожадно сверкнуло на солнце, предвкушая скорую расправу — и тут же жалобно звякнуло, умело отведенное в сторону. Уже уверовавшая в свою победу волчица не успела вовремя среагировать, и меч с противным звуком вонзился в песок. Но это было еще полбеды. Негодяйка-соперница не преминула воспользоваться неожиданным преимуществом и перешла в контратаку.
Словно в кошмарном сне Тайга беспомощно наблюдала, как приближается к ней острие чужого меча, метя в стык между нагрудником и металлическими пластинами юбки, как собственное тело, внезапно ставшее непослушным, неуклюже пытается отшатнуться, избежать дыры в брюшной полости… Не успеть. Ей нипочем не успеть — пришло жуткое осознание. Якобы подвернутая нога оказалась искусно подстроенной ловушкой, и теперь настало время пожинать плоды собственной беспечности. Сейчас узкий клинок найдет прореху в броне и вонзится в незащищенный живот, и это будет конец. Поединок неминуемо будет проигран, и даже хуже того — потеряв равновесие, она комично шлепнется на задницу на глазах у тысяч зрителей и этим покроет себя несмываемым позором. Не помня себя, Тайга рванулась изо всех сил, пытаясь высвободиться из паутины опутавшего ее кошмара, и в этот момент…
«Не-ет… Только не опять», — мысленно простонала Чиа. Ее соперница извернулась совершенно невозможным образом, пытаясь уйти от удара, и в тот же миг ее окутало красивое голубоватое сияние. Левел-ап!
Турнир (3)
Опустив меч, Чиара молча стояла в нескольких шагах от своей заклятой соперницы, только что получившей третий уровень. Та же крутанула двуручник над собой, оценивая свои новые возможности, а потом перевела взгляд на противницу.
— Ты вновь превзошла меня, Дикая карта, — торжественно изрекла она. — На этот раз — в благородстве. Вот так пожертвовать собственной победой в нашем поединке ради того, чтобы подарить мне третий уровень — это так самоотверженно, так… У меня нет слов, Дикая карта. Просто нет слов, чтобы выразить охватившие меня чувства. И я клянусь быть достойной тебя — нет, этого мало… Клянусь превзойти тебя в благородстве, вот!
— Ты мне сдашься? — с надеждой уточнила Чиара.
— Как ты могла так плохо обо мне подумать⁈ — с обидой воскликнула рыжеволосая волчица. — Нет, я никогда не позволю себе оскорбить тебя сдачей. Наоборот, приложу все усилия для того, чтобы одолеть тебя, как и положено хорошей сопернице. Но даже несмотря на свой проигрыш ты все равно останешься моей единственной соперницей, предначертанной судьбой — отныне и навсегда!
«Эх, лучше бы она оскорбила меня сдачей, честное слово… — невежливо думала между тем единственная соперница. — Ладно, ничего не поделаешь. Будем работать с тем, что есть. Мне кажется, я все же зацепила ее последним ударом, так что шансы выиграть без применения бонуса меча у меня все еще есть. Но легко не будет…»