Взгляд сфокусировался на хозяйке квартиры.
Беэр-Шева. 1975 год
Семья Партош
Авшалом Грабар постучал в двери семьи Партош, но на стук никто не отозвался. Из двери напротив вышла Роза.
– Галя на работе, вы, наверно, по поводу Михаила.
– Когда геверет Партош вернется домой? – полицейский полез в карман за сигаретами, забыв, что бросил вредную привычку неделю назад.
– Должна подойти с минуты на минуту. Вы можете пока зайти к нам, попейте воды, подождете, пока Галя придет.
Авшалом посмотрел на часы. Ципи утром напомнила о поездке к больной матери в Холон, ему надо было отвести ее на автобусную станцию вместе с близнецами.
– Мне надо успеть в одно место. Я пойду, вернусь примерно минут через сорок, – сказал полицейский, спускаясь по лестнице.
Роза хотела спросить, передать ли что-нибудь Гале, как медсестра появилась сама. Увидев полицейского, она остановилась на ступеньках.
– Геверет Партош, – сказал Авшалом, – мы пока вашего мужа не нашли, но не волнуйтесь, из Эйлата получили отрицательный ответ, возможно, он поехал в центр, в Тель-Авив. Город большой, наберитесь терпения.
– Я боюсь худшего. Миша в последнее время был в депрессии, из-за родителей… – начала объяснять Галя, в это время послышался громкий шум с улицы.
Легковая, с пятнами ржавчины машина издавала шум, словно гоночный автомобиль на пробеге в Монте-Карло. Выхлопная труба выбрасывала клубы дыма, черные облака поднимались к небу, рассеивались ветерком, окутывая корпус автомобиля. Из облака, как маг в цирке, появился Михаил Партош, явно ошарашенный приемом: не менее дюжины соседей, среди них Галя и полицейский, смотрели на него.
Больше всех обрадовался появлению пропажи Авшалом, отпала необходимость возвращаться в отделение и заниматься продолжением поисков беглеца.
– Завтра утром зайдешь к нам, – строго приказал полицейский, – мы должны составить протокол, там и расскажешь, что произошло.
Галя и Миша поднялись в квартиру. Миша осмотрел салон, будто в первый раз вошел внутрь квартиры. Галя заметила отрешенный взгляд мужа, он явно плавал в другом измерении
– Миша, давай поговорим, поделись со мной, если у тебя наболело.
Попытка жены разговорить супруга оказалась напрасной, Михаил продолжал все таким же взглядом смотреть куда-то вдаль, сквозь стены, за горизонт, в родной город, там родители, одни, беспомощные. Утром его не оказалось в постели. Партош обнаружился два дня спустя в Тель-Авиве напротив здания румынского посольства. Когда он попытался попасть внутрь здания, охранники отогнали его, в потрепанной рубашке, с блуждающим взглядом, на противоположную сторону тротуара, где он простоял до сумерек. Ранним утром Михаил вновь появился, в руках мятый лист бумаги, исписанный неразборчивым почерком на русском языке, из которого следовало, что податель сего обращения просит разрешения на выезд в Румынию, оттуда хочет перебраться в Молдавию, потому что у него там остались престарелые родители. Через несколько дней наряд полиции после выяснения обстоятельств вызвал Галю.
Таль и Галина
Анатолий начал вести образцовый образ жизни. Ранним утром он терпеливо ждал на остановке автобус, чтобы отправиться на работу на секретном объекте неподалеку от Димоны. Отработав в качестве кладовщика положенное количество часов, возвращался тем же автобусом домой. Работа была нетяжелой, постоянное нахождение в закрытых помещениях не тяготило, сотрудники относились к нему без особого дружелюбия, но и без предвзятости, как к некоторым новым репатриантам.
Маленький Алон быстро привык к тете Гале. Медсестра в любое свободное время заходила к соседке поиграть с малышом. Кира с некоторых пор почти каждую пятницу уезжала к Мотке в мошав. Роза оставалась одна, и забота о малыше вызывала у нее тоску и отчаяние. Она никак не могла привыкнуть к ежедневной рутине: кормление младенца, перемена пеленок, теплые ванночки, прогулки. Роль молодой матери была явно не для нее. Розе до слез хотелось сидеть над решением очередной задачи, проверять всевозможные теоремы, копаться в библиотеке в старых книгах и научных журналах. А вместо этого…
В этот момент – всегда вовремя! – появлялась Галя, как спасательный круг для утопающего. По-деловому, не суетясь, она кормила ребенка, пеленала, играла с ним. Уловив молящий взгляд студентки, одевала Алона и выходила погулять в ближайший садик или просто прогуливалась с коляской по району.