«Это все из-за нарциссов!» – думает Сара, отвечая на его поцелуй, и обеими руками приглаживает назад его влажные каштановые волосы.
Он пришел к ней, в ее квартиру, с букетом нарциссов, золотых, как июльское солнце.
Сара прижала обе руки к лицу.
– Где это вы в октябре нашли нарциссы? – воскликнула она.
Отправляясь открывать дверь, девушка собиралась вести себя сдержанно. Она сделала глубокий вдох и постаралась придать своему лицу загадочное выражение.
Но, увидела нарциссы, забыла обо всем.
– Откуда вы знаете, что нарциссы – мои любимые цветы?
– Немного волшебства! – ответил Лайам и улыбнулся.
По его улыбке было видно, что ее реакция на цветы доставила ему большое удовольствие.
Он сунул ей в руку букет, завернутый в белую бумагу.
– Волшебство – это ответ на оба вопроса!
Сара засмеялась.
– Я и не догадывалась, что сегодня вечером ужинаю с волшебником!
Следом за Сарой Лайам прошел внутрь квартиры, окинул взглядом маленькую гостиную.
– Да, да! Я знаю, что вы не догадывались.
– Они просто прекрасны. Вы сами их вырастили, мистер Волшебник? Или это одно из ваших чудес и они появились прямо у вас в шляпе?
Лайам усмехнулся и потер подбородок.
– Просто у меня есть волшебная кредитная карточка. А появились они, наверное, где-нибудь в Южной Америке. Хорошая квартирка, Сара! Уютная.
– Вы имеете в виду – крошечная.
– Да, я имел в виду – крошечная.
Они оба рассмеялись.
Лайам пошел следом за ней в кухню.
– Кажется, я привезла с собой одну вазу, – сказала Сара, открывая дверцу шкафчика. – Но куда же я ее поставила? Половина моих вещей еще в коробках. Может, это от того, что я никак не могу поверить, что я снова вернулась в этот городок!
Он рассмеялся и подошел ближе к ней.
– Чувствуется, что вы будущий психолог!
Девушка повернулась и внимательно посмотрела на него. Сегодня на нем были прямого покроя джинсы и коричневый спортивный пиджак с заплатками на локтях. Под пиджаком кремовый свитер.
На ногах черные ковбойские сапоги. Довольно типичная одежда для преподавателя колледжа.
Сара была рада, что оделась попроще. На ней был серебряно-серый свитер с большим воротником и черные шелковые слаксы. Наряд дополняли черные стеклянные бусы – подарок Чипа. Бусы зазвенели, когда она потянулась, чтобы достать вазу с верхней полки.
Что-то бормоча про себя, Лайам начал разворачивать цветы.
– Нам нужны два нераспустившихся бутона, – совершенно серьезно объявил он.
Сара обернулась.
– Это для чего?
– Мы должны поставить их отдельно в стакан с водой. Есть очень древнее суеверие, позволяющее определить, станут ли мужчина и женщина любовниками.
Сара наполнила вазу водой из крана.
– Что ж, попробуйте! Вы меня заинтриговали.
– Берем два нераспустившихся бутона и ставим их в воду отдельно от других цветов. Если они повернутся к друг другу или сплетутся, то это знак настоящей любви.
Сара улыбнулась, отчасти от того, что он был так серьезен.
– А если цветы отвернутся друг от друга?
Глаза Лайама вспыхнули.
– Тогда мы возьмем другие цветы!
Кажется, я ему и в самом деле очень нравлюсь.
Девушка почувствовала, как забилось ее сердце.
Она взяла нарциссы за стебли и приготовилась опустить их в вазу.
Но, к ее удивлению, Лайам наклонил голову и поцеловал ее. Он едва не промахнулся. Его теплые влажные губы коснулись ее нижней губы. Девушка покачнулась и, восстанавливая равновесие, подняла голову, чтобы ответить на его поцелуй.
Нарциссы выпали у нее из рук и упали на стол. Желтые бутоны ударились друг о друга, цветы сплелись. Желтый цвет смешался с зеленым.
В ресторане к их столику подошла молодая женщина. Лайам держал руку Сары, но при виде подошедшей дамы быстро отпустил ее.
– О, доктор О'Коннор! И снова неожиданная встреча!
Женщина не отрывала глаз от Лайама, словно он был один.
Сара обратила внимание, что незнакомка очень хорошенькая – с круглыми зелеными глазами, высокими скулами и вьющимися рыжевато-каштановыми волосами. На ней было зеленое платье, напоминающее длинный свитер, и зеленые колготки.
– Сара, это Девра Брукс, – небрежно произнес Лайам.
Кажется, он не слишком удивился, увидев ее.
– А это Сара Морган. Вы не встречались на вечеринке у Мильтона?
Женщины отрицательно покачали головами. Поздоровавшись с Сарой, Девра тут же снова повернулась к Лайаму.
– Очень неплохой ресторан, не правда ли? Я частенько сюда прихожу.
– Мы только что сделали заказ, а пока довольствуемся водой! – сказал он, глядя на Сару.
Он поднял стакан, словно собирался произнести тост в честь Девры.
Молодая женщина рассмеялась.
– Я тут с друзьями, – она кивнула в сторону столика, где сидели три женщины. – Я только подошла поздороваться. Я видела, как вы вошли. Как тебе нравится Мур-колледж?
– Пока ничего. Вот, завел новых друзей, – он нарочно улыбнулся Саре.
Девра оглянулась на свой столик. Официант расставлял на нем тарелки с жареными цыплятами и свиными ребрышками.
– Мне пора к своему столику. Заходи как-нибудь. Поговорим о Чикаго! Я живу на Тремонт-стрит.
На полпути к своему столику Девра обернулась к Саре.
– Приятно было познакомиться.
Она вернулась к своим друзьям.
Сара выпила воды.
– А кто она такая?
– Девра? Студентка-старшекурсница. Училась у меня в Чикаго. В прошлом году перевелась сюда. Я встретил ее на вечеринке у Мильтона.
Мне не зря показалось знакомым ее лицо! Да, теперь я припоминаю, что видела ее там. Трудно забыть эти рыжие волосы. Очень эффектные.
– Славная девушка, – пробормотал Лайам, взгляд его неожиданно стал рассеянным.
Официант поставил на стол заказанные ими раковины.
– Вы были близки со многими женщинами?
Она выпалила это раньше, чем поняла, что говорит.
Что-то во взгляде Девры на Лайама вызвало к жизни этот вопрос. Но она вовсе не собиралась задавать его вслух!