Выбрать главу

С Чимином они сдружились с первого же дня занятий. Они постоянно дурачились, незаметно подменивая друг друга в партиях, тем самым выбешивая Юнги. Так как их голоса находились в верхнем регистре - различить этих двух подражателей было сложно. Развлеклись в общем, засранцы.

Они все ржали как полоумные, заставляя её петь в широкий стакан для балансировки слуха. Подготавливая к жизни в наушнике. И он ржал вместе с ними. Грёбанный трейни-детский сад. И это было чертовски весело.

Совсем как раньше.

Ещё одна огромная трудность на его взгляд - язык. Проблема произношения была просто чудовищной.

Джей-Хоуп здорово поразвлекался, когда заставлял её читать рэп, несмотря на протесты Шуги, якобы для развития артикуляции. Пока тот не понял – Хоби просто над ними угорает, без зазрения совести. И одним словом прекратил это безобразие.

С лексикой проблем не возникло - Ю Ин схватывала на лету. Тем более, что ребята нарочно общались с ней и между собой теперь только на родном языке, напрочь забыв при ней английский, даже лидер.

Даже когда что-то не понимала. Объясняли всё равно на корейском.

Совсем скоро она начала изъясняться почти свободно. Трудности по прежнему оставались с произношением.

Тут все кто мог помогали наперебой, внятно выговаривая по многу раз одно и то же с настолько раскрытым ртом, чтобы она на другом конце комнаты могла видеть в каком положении находится язык на разных звуках.

- Да убери ты эту английскую транскрипцию, - Шуга выдернул листок со стола и выбросил в корзину для бумаг. - Кто это писал? Руки бы вырвать…

- И язык, - добавил Гуки.

- И язык, - согласился, лидер, усаживаясь удобнее, когда они уже перед самой записью её вокальной дорожки начали разбирать «Still with you» по строчкам. - Так: «ха» и «хэ» в этих всех словах у нас пропускаются. Нет их там, ну и что, что написано! Тут написано «ге», но ты говори «хэ» с дыханием. Эти слова тоже выдыхай вместе как одно с «х», так: «одухунпАн, чон мьЁнана опщИ» (*в тёмной комнате без света), - разъяснял он, отчаянно записывающей за ним девушке. - Лучше, если я продиктую тебе по словам. А ты пиши, как тебе понятн

- Слушай, как говорить здесь «к»: как будто языком на кнопку щёлкаешь «кот катА» (*уверен, что/быть уверенным в чём-то), - добавил Гуки.

И они добились: у неё отложилось до автоматизма - чтобы закрепить, первый вопрос всегда был "а как это пишется?"

А Шуга смотрел на это и мысленно бился башкой об стены.

Это пиздец.

Не смотря на все мучения, они так и не смогли исправить акцент. Но добились более менее внятной речи.

Ю Ин честно старалась:

- А здесь окончание отглагольное?

- Некоторые глаголы имеют такое окончание - например, - Юнги мягким движением пододвинулся к самому уху сзади и произнёс знаменитым отработанным для съёмкок «Fire» тоном, - бультору-нэ (*становится горячо).

Удовлетворённо наблюдая, как девичьи ухо и щека предательски розовеют.

- "Нэ" – значит гореть, - Юнги специально это делал: сокращал дистанцию, методично нарушая личные границы каждый день.

Парни всегда держались от девушки на уважительном расстоянии. Каждый из них был предупреждён о страхах Ю Ин без лишних подробностей. Никто к ней не прикасался. Никто и словом не возразил. Юнги не знал, как проходит межличностное общение в её стране, и не мог создать ей именно тех условий, но пытался создать наиболее комфортные. Просто здесь так принято. Неважно какие могут быть у человека привычки – чужое личное пространство и особенности нужно уважать.

Лишь RM и Чимин знали правду, знали как важно не портить работу, которую Юнги с таким трудом проводил над Ю Ин самостоятельно. Это то дело, которое он не мог доверить никому, лишь только после заметного улучшения состояния, он планировал расширять её круг общения и пространства личной безопасности.

Когда она в первый раз не вздрогнула от его будто бы случайной ладони на своём плече всего на секунду - он типа пытался дотянуться до флешки на полке над её головой - даже Чимин уважительно показал хёну большой палец за спиной. Это был несомненный прогресс и его личная победа, пусть и малая.

***

Три месяца они все вместе круглосуточно долбались с этими композициями, пока не победили. Пока не записали все дорожки. Пока всё не было идеально смонтировано. К тому времени у Юнги уже было ощущение, что он постарел ещё лет на десять. Он, конечно, ворчал, словно старик, но был почти удовлетворён результатом.