Это не впервые в жизни Хо, когда с ним случается истерика, но он не ожидал вот так больно и сегодня.
Ушибленный о жестокую картину реальности мозг пытается что-то решить, заставляет действовать, Хоуп поднимает руку и в порыве бесконтрольных эмоций закидывает ей на плечи - чтобы сделать хоть что-нибудь, и чувствует, как под его локтем хрупкое тело каменеет.
Хоуп в первый раз прикасается к Ю Ин вживую. Понимает, что она и должна была испугаться такого нежданного нахальства с его стороны. И был готов к чему-то такому, зная её закрытый характер.
Но что-то непохоже.
Она не напугана, а в каком-то подобии ужаса.
В глазах Шуги тоже страх нешуточный.
Тут он вспоминает, что под наплывом чувств и всё ещё под воздействием алкоголя он совершенно забыл о просьбе хёна не трогать её не при каких обстоятельствах. И начинает понимать, что эта просьба была обоснованной.
Немного отрезвлённый такой реакцией обоих Хосок пытается извиниться, когда хён за шкирку вытаскивает его на улицу. Словно нашкодившего щенка.
Хосок понимает, что виноват, но не понимает толком - в чём. А Шуга объяснять не желает, просто выгоняет. Неужели, блять, так сложно объяснить?
Ю Ина через окно выглядит странно и очень нехорошо, её вид действительно пугает.
Но ещё хуже выглядит - её чемодан под диваном.
Она живёт прямо здесь, в студии Юнги.
И похоже, все об этом знали, кроме Хосока…
Как он, грёбанный неудачник, всё проглядел, как пропустил?
Что теперь? Стоять и хлопать глазами? Потому, что остальное он уже прохлопал, проебал.
Хоуп думал, что у него ещё достаточно времени, чтобы проявить свои чувства. Не хотел торопиться. Хотел, чтобы она была готова, когда он ей признается. Зря медлил.
Неужели всё насколько серьёзно?
- У тебя это серьёзно? - с замиранием спрашивает хёна.
- Не знаю, - тон у Шуги странный. Похоже, он сам не знает как ответить на этот вопрос.
Хосока немного отпускает. Значит, ничего не было. Значит, он будет бороться.
Кивает хёну на автомате, махая пятернёй на прощание, подчиняясь, отходит в сторону за зону видимости.
Сам Шуга не мог сказать серьёзно или нет. Тогда Хоупу ещё рано сдаваться.
Он не уйдёт. Он пришёл, чтобы добиться правды и без неё не уйдёт. Будет ждать, пока она останется одна, чтобы объясниться, даже если это займёт много времени. Чтобы убедиться лично, что она будет в порядке.
Хосок не станет заглядывать в окна, пока хён её успокаивает, чувство совести не позволяет. Он лишь надеется, что Шуга сделает всё как надо. Но не представляет, чем это может закончиться.
Хоуп старается взять себя в руки, опускаясь на асфальт у стены. Глубоко дышит, заглушая остатки своего срыва. И дожидается, не отходя далеко. Времени у него теперь предостаточно. И плевать на всё остальное.
Шуга выходит менее, чем через пять минут. И Хо замирает в полном охуении.
Не понял...
Хён по телефону объясняет Намджуну что-то по поводу съёмок.
У них съёмки.
А как же Ю Ин?..
Уезжаешь, брат? Когда ей нужна помощь?
Хосок отодвинул бы все встречи, чёртовы съёмки и туры, чтобы помочь. А ты улетаешь?
Снова глубокий вдох и медленный выдох. Надо всё-таки взять себя в руки.
Шуга останавливается на ступеньках, закуривая. Затем перезванивает по другому номеру, заказывая машину до аэропорта к дому через два квартала, чтоб не палить это место.
Что ж. Лети.
А Хоуп никуда не уйдёт.
Хосок не хотел вмешиваться.
Пока Шуга не делает серьёзных шагов, и относится к ней как к донсэну. Пока Чимин просто развлекается и шипперит их по полной программе - Хосок думает, что тот не имеет в виду что-то конкретное.
Хоуп не хочет никому вредить, даже неосознанно, не хочет портить отношения с братьями. Но сегодня он понял, как ошибался.
Это не шутки, с ней и правда происходит что-то серьёзное.
И это надо выяснить, надо помочь.
Он делает вдох и берётся за дверь.
Хо входит беспрепятственно, Ю Ин даже не закрылась. Плохо.
Лицо спрятала в коленях, спрятала всю свою боль, как всегда, когда хён отворачивался или уходил. Совсем плохо.
Что ж ты, Шуга…
Ю Ина поднимает голову, замечает его, позы не меняет, но внутренне сжимается до состояния молекулы.
Он останавливается на безопасном расстоянии.
- Нет, нет не бойся! Я ничего плохого не сделаю, - протягивает раскрытую ладонь, - смотри, я хочу помочь, я не обижу. Не бойся.
- Я не боюсь, - упрямо говорит она, но её вид говорит об обратном.
- Я могу подойти ближе?
Неуверенный кивок.
Отлично.
Хоуп присаживается на другой конец дивана:
- Что произошло? Я сделал тебе больно?
- Нет, вовсе нет.
- А что?
Молчит.